– Матушка, не сердитесь! Это я виновата, что не собрана до сих пор! – вступилась по доброте душевной Милана за неповинных прислужниц. – Я засмотрелась на гостей и пропустила отведённое для одевания время. Прошу, не наказывайте служанок!
– Хорошо, милая! Раз ты просишь – я прощу негодниц, но если такое повторится. – смилостивилась царица и сердито посмотрела на сжавшихся под её взглядом служанок, швырнула перчатку в кресло и направилась к окну.
Служанки испуганными глазами следили за ней.
Царица обернулась и прикрикнула:
– Что застыли, как мумии?! Немедленно одевайте Милану! Скоро наш выход к гостям! – и выглянула в окно.
Гости чинно поднимались по украшенной цветочными гирляндами парадной лестнице. Мужья вели под руку жён. Взрослые дети шли позади родителей. Кавалеры сопровождали дам. Царице это было настолько привычно, что она лишь краем глаза наблюдала за процессией, отмечая для себя новые женские наряды, которые в данный момент интересовали её больше всего. Вдруг её внимание привлёк шедший в сопровождении двух мужчин юноша, резко выделявшийся среди прочих молодых людей статной фигурой и красивыми чертами лица. Царица усмехнулась, украдкой взглянула на дочь, на голову которой служанка прикалывала диадему, и подумала: «Вот на каких гостей засмотрелась Милана. Немудрено, что она пропустила время одевания. Наверное, это те самые люди, которые приплыли на корабле с красивым названием «Морская королева». Юноша мог бы стать выгодной во всех отношениях парой для Миланы. Нужно как можно больше узнать о нём и его спутниках». С этой мыслью царица придирчиво осмотрела наряд дочери. Не найдя в нём изъянов, она взмахом руки отпустила служанок и, когда за последней из них закрылась дверь, улыбнулась дочери:
– Дорогая, как всегда, ты будешь самая красивая девушка на балу! Я видела наряды приглашённых дам и девушек. Твоё платье лучшее. На балу будет много молодых людей из знатных и богатых семей. Мы с твоим отцом хотим, чтобы ты сама выбрала из них для себя пару.
Слова матери смутили Милану, и она стыдливо опустила глаза. Мать ласково потрепала её по щеке и подтолкнула к выходу из комнаты…
Зал приёмов был залит ярким светом от множества зажжённых восковых свечей, но ещё ярче в их свете сверкали драгоценные украшения женщин и девушек.
Марин оставил Мирдана на попечение Юриса, а сам с невозмутимым видом стал не спеша прогуливаться по залу, равнодушно проходя мимо именитых гостей, не удостаивая их даже взглядом. Со стороны казалось, что один из гостей от скуки слоняется по залу, но на самом деле это было не так. Чуткое ухо Марина улавливало всё, о чём гости говорили промеж себя, и он был удивлён, услышав, что предметом всеобщего обсуждения стал Мирдан. «Хм, похоже, сегодня мы оказались в самом центре внимания, и нам не удастся отсидеться в стороне, как мы предполагали. С этими господами нужно держать ухо востро», – подумал он и, стараясь не привлекать к себе внимание, направился к Юрису поделиться наблюдениями, но не успел – церемониймейстер объявил выход царской семьи.
Парадные двери распахнулись.
Дамы присели в низком реверансе.
Мужчины преклонили головы.
Молодые люди и девушки остались стоять.
Мирдан, Юрис и Марин последовали их примеру.
В зал вышли Их Величества и царевна и заняли предназначенные для них места.
Приём начался.
Гости поочередно подходили к царствующей семье, и церемониймейстер громко представлял их царственным особам. Наконец очередь дошла до наших героев, и церемониймейстер торжественно объявил:
– Иностранные гости из Морелании: купец Марин с названым сыном Мирданом и его наставником Юрисом!
Милана, до этого времени сидевшая с опущенными ресницами, подняла глаза – перед тронным местом стояли двое мужчин и юноша, привлекший её внимание. Она встретилась с Мирданом взглядом, и оба от смущения покраснели.
Царица украдкой наблюдала за дочерью и, когда иноземцы отошли в сторону, тихо шепнула супругу:
– По-моему, я знаю, кого Милана выберет себе в суженые!
– Кого? – заинтересованно спросил царь и посмотрел в сторону представленных молодых верланцев.
– Ваше Величество, вы смотрите не туда! – пропела царица и кивком головы показала на Мирдана. Царь с удивлением посмотрел в его сторону и на потупившую взор дочь и, не зная, что ответить, пожал плечами. Царица поманила пальчиком танцмейстера и велела составить расписание фигур танцев так, чтобы Милана как можно чаще оказывалась в паре с названым сыном иноземного купца. Танцмейстера такое распоряжение удивило, но в стремлении угодить госпоже он записал Мирдана почти в каждый танец с царевной. А царица тем временем приступила к осуществлению своего плана – выведать об иноземных гостях как можно больше. Она улучила момент и ласково попросила супруга:
– Стамир, после ужина соберите вокруг себя кружок и пригласите заморского купца.
– Хм! О чём я должен с ним разговаривать?! Я ровным счётом ничего не смыслю в торговых, а он в государственных делах! – возмутился царь.
