Ровно две секунды, которые определили – смерть или жизнь.
Убийцу поймали, заговор размотали, а зайца Торнейский поместил на свой герб, да там и оставил в назидание потомкам. Король посмеялся, да и разрешил. Даже на геральдическую коллегию цыкнул.
Таких оригиналов имелось очень мало, в основном, зайцы встречались в гербах городов (если водились в изобилии в окрестностях города), иногда помещали в герб кроличью голову, но Торнейские были вне конкуренции.
Степняки не перепутают. Никто еще не путал.
Стивен Варраст пожал плечами.
– Вроде бы, наша задача – увести степняков за собой?
– Мы этого и так добились. Пока что они идут за нами.
Спорить было сложно.
С визгом и воем накатывала вторая волна степняков.
Вот в такие минуты и оцениваешь выучку людей.
Никто не дрогнул. Никто не заметался. Никто…
Сотни Риваля, Астани и Ларсона действовали, как единый механизм. Ничего лишнего, никаких волнений.
Стреляют? И шервуль с ними, пусть стреляют. Зажигательные стрелы полетели? Неприятно, конечно, но ведь не смертельно! А еще у зажигательной стрелы точность меньше и дальность – тоже. А потому – идем. Спокойно так, словно и нет рядом никаких степняков. Рано или поздно они потеряют терпение…
Рано.
Рид пригляделся, заметил Савеша, который выделялся алой шапкой, и кивнул на него Стивену. Варраст тоже вгляделся – и принялся отдавать команды.
Будь Савеш поопытнее, поумнее, постарше, атака не кончилась бы столь печально. Но, видя, что все усилия его отряда, пропадают даром, Савеш решил атаковать.
И сам возглавил атаку.
Разве могут устоять эти шакалы против настоящего воина? Что они – пыль под копытами его коня!
Шакалы были другого мнения.
В каждой сотне есть несколько хороших лучников. Замечательных…
Первая стрела прервала бег коня Савеша. Вторая, свистнув – два лучника шикарно работают в паре, – оборвала молодую жизнь кан-ара.
Какая разница, по кому бить?
По степняку, по зайцу… степняк даже удобнее – крупнее будет.
Степняки смешались.
Они привыкли к другому. Они налетали, грабили, жгли… они
Что окажется лучше?
Благородная ярость атаки – или холодная рассудочная выучка?
Пока выигрывала вторая. Степняки налетали справа и слева, пытались укусить – и отходили. Налететь всей оравой и сразу им мешал рельеф местности, сильно мешал. Чего стоил только один перелесок – этакие молодые деревца и кустарники.
Красиво?
Смотреть-то да, а вот пройти там уже сложнее. А проскакать на лошади – вообще не получится. Только шагом, чтобы не распороть шкуру о сучки или не сломать коню ногу в яме.
Колонны шли.
Арбалетчики время от времени отстреливались, экономно расходуя болты.
Щитоносцы менялись, и движение продолжалось. Медленно, уверенно…
Баллисты пока применить не удалось, но то ж пока…
Чего стоил Риду этот марш, знал только сам маркиз Торнейский. Сколько у него появилось седых волос… какая разница?
– Ваше сиятельство, – Роман Ифринский сверкал горящими глазами. Мальчишку бой только вдохновлял… – Разрешите вылазку?
Рид покачал головой.
– Куда?
– А вдруг удастся кого захватить?
Кого?
И главное – зачем?
Что могут знать рядовые чикан? Да почти ничего…
Дакан? Тоже сомнительно.
Кан-ар или кан-гар, кал-ран, безусловно, знают многое, но до них еще доберись. Не лезут они под стрелы, осторожничают.
Сильнопересеченная местность не давала степнякам в полной мере использовать свои преимущества, но это против пехотного каре. А стоит кому-то выйти из-под прикрытия…
Что Рид и высказал.
– Коней поймаем, – настаивал Ифринский.
Ага. Чужого, испуганного коня.
Коня степняка… Который с малолетства растил жеребца, кормил, поил, не доверял чужим рукам… такая тварь кусается не хуже собаки. Это тебе не лошади из дворцовых конюшен, которых пришлось оставить в Равеле. Эта тварь всю руку оторвет…
Рид отмахнулся, показывая, что идея глупая. Не потому, что Ифринским подана, нет. Просто Роман отродясь на границе не был и живого степняка сегодня впервые увидел. Не знает он про их повадки, про их коней… ничего не знает, вот и лезет по-глупому вперед. А терять мальчишку тоже не хочется, он хороший воин, неглуп, может пригодиться.
Как назло, Ифринский не успокаивался.
– Ну хоть ночью? Ваше сиятельство?
Рид покачал головой.
– Посмотрим, где удастся встать.
– А нам удастся?
– Степняки ночью драться не будут. Подождут подкрепления. Но спать придется по очереди.
– Так мы б и…
– Я подумаю.
Роман попытался сказать что-то еще, но Рид вовсе уж решительно отослал его.
Много у сопляка энергии? Пусть щит потаскает, ему полезно! Гвардейцы щиты несли вместе с остальными, и плевать им было на дворянское происхождение. На то, что щитами они закрывают простолюдинов.
Тут закон иной. Не закроешь идущего рядом – оба ляжете. Это граница, а не красивые парады. Это жизнь и смерть. Это война.
Кал-ран Мурсун был не то чтобы в гневе, нет. Гнев уже перегорел, уже переплавился в нечто другое. В желание смерти негодяям, которые шли, словно издеваясь над ним.
Шли, не падая, не боясь ни конницы, ни ран…
