На христианском востоке от родителя, отца Петра Великого, Алексея Михайловича Тишайшего, почитай, от воцарения Романовых и до конца коммунистического периода, считают, могли лишь воспроизводить достижения техники, созданной на просвещённом Западе, и не очень-то в этом преуспели. Кроме, пожалуй, некоторых военных машин, созданных опять-таки на базе западных технологий. Советский Союз заимствовал технологии от Запада широко: от выпуска танков, самолётов и крупнопанельных домов до сосисок, мороженого и пива. Но вот уже и в нынешней России, к примеру, остался так и не завершённым за столетие этап собственной индустриализации. Она пропустила и ряд других промышленных технологических революций уже двадцатого века, в своей повседневной занятости примитивным физическим трудом не успевая их даже отслеживать, замечать, размышлять над ними, поскольку они не были упомянуты в спускаемых правительством планах, обязательных к исполнению. Однако, не все и в правительстве оказывались способны к инновационно ориентированному мышлению, большая часть привычно глядела в сторону Запада, откуда можно что-то взять. За выполнение планов спрашивали. За новации — нет. Не лучше складывается дело с фундаментальными новациями и у её ближайших соседей, исторически оказавшихся под её влиянием. И, хотя сейчас в той же России наблюдаются прорывы по ряду научных направлений, далеко опережающие западную мысль, новый, оригинальный научный поиск этой страны не основывается ни на христианстве, ни на греческом либо уже русском православии, ни в целом на христианской философии, которой нет. Поиск, помимо слухов и мифов о происходящем на Западе, скорее, базируется на фундаментальных индуистских и буддийских представлениях о строении мира, исходя из которых, или, в общем соответствии с ними, и совершены русскими новейшие научные открытия. Надо смело это признать, несмотря на использование российскими учеными современной, снова в основном западной научной терминологии, а не санскрита или тибетского языка, подавляющему большинству мировых учёных неизвестных. Поэтому мы полагаем, что и в новейшее время никакой мировой философии из христианского мировосприятия по-прежнему не вытекает, при самом большом желании нам еле удастся наскрести чуть-чуть мироотношения.
Я обратил внимание на более заметный лаконизм Софии-Шарлотты, соблюдаемый и в более жёсткой форме изложения, а также её существенно большую приверженность следованию логике, в сравнении с темпераментным и увлекающимся мужем. И всё-таки кое-что в её сообщении насчет отсутствия средневековой русской цивилизации меня почему-то крепенько зацепило, хотя аргументированно возразить ей мне оказалось нечего. Подходящих сведений для контраргументации «классическим образованием» в моих «амбарах» и «сусеках» оказалось заблаговременно не запасено. Ни снаружи, ни с изнанки. «Надо подумать. С этой, вряд ли случайной, несуразицей стоит поразбираться», — пометил я себе в памяти.
Она чуть шевельнула бровями, устало посмотрела на Андрея, словно передавая эстафету ему, и снова нетерпеливо заговорил передохнувший Кокорин:
— Если христианской философии нет, то какая, скажите, иная европейская или вообще западная философия реалистически описывает трисоставное устройство человека и соответствующее строение мира, в котором человек живёт, и так или иначе с миром всеми своими составами взаимодействует? Или философия, которая эту объективность, эти реалии хотя бы учитывает?.. Философия материализма не в счёт, ибо она зауженна по определению. Вы можете и возразить, что не её, не философии эти вопросы. Разве? Разве философию не должно интересовать абсолютно всё? А если такого не наблюдаем, если она содержит только очаговые мифы и берётся лишь за то дозволенное, где может публично блеснуть, не рискует увязнуть в ещё непознанном, тогда зачем она? Сама по себе и сама для себя? Чтобы называться философией, на деле ею не являясь? А если философия есть, и она действительно христианская, полностью соответствует заповедям Христовым, то почему же она не помешала, вопреки Божественному кредо «Не убий», возникновению Первой и Второй Мировых войн по передележу мира? Не проморгает ли она, по своему обыкновению, и новую, следующую Мировую? Какой тогда в ней прок? Если она есть, но из века в век никак себя не проявляет, в мире не присутствует, значит, её нет.
