Маленькая принцесса! В спешке посылаю тебе застенографированные выдержки из дневника твоей матери, которые ты должна письменно расшифровать, прочитать, а затем уничтожить, вместе с исходными стенографическими записями. Не стану ничего говорить по поводу того, что тебе предстоит прочитать. Скажу лишь одно: мадам очень рада, что наконец-то может представить твоему вниманию слова, вышедшие из-под пера твоей матери.
Последнее твое письмо привело мадам в прекрасное расположение духа. Теперь, когда ты снискала любовь и уважение миледи — столь успешно и за столь короткое время! — она исполнилась уверенности, что наше дело увенчается полным успехом и, возможно, даже раньше, чем она предполагала.
Но заклинаю тебя, маленькая принцесса, не рискуй без необходимости. Леди Т. остается крайне опасным и коварным врагом, а ее близкое общение с мистером Вайсом продолжает беспокоить нас обоих. Мне удалось навести кой-какие справки о последнем через лондонских знакомых, и полученные сведения утвердили меня в мысли, что тебе надобно держаться от него подальше; а поскольку представляется очевидным, что он связан с леди Т. какими-то общими делами, тебе следует видеть в нем еще одного деятельного врага своих интересов.
В ответ на твой постскриптум спешу сообщить, что последнее Разъяснительное Письмо уже написано и к последнему дню года будет тебе доставлено, как мадам и обещала. Тогда ты все узнаешь.
Береги себя.
Твой любящий учитель
Замкнув дверь на ключ, я принялась расшифровывать стенографические записи. Когда я наконец закончила — через несколько часов после того, как уложила миледи почивать, — я упала на кровать, еле живая от усталости, но с ликующим сердцем.
Итак, ниже приводятся две выдержки из дневника моей матери. Сами судите, какие чувства владели мной, когда стенографические записи мистера Торнхау слово за словом превращались в живой голос Маргариты Алисы Блантайр, впоследствии миссис Эдвин Горст, чей прах покоился рядом с прахом моего отца на кладбище Сен-Винсен.
Нынче вечером мистер Джордж Мерчисон, служащий английского консульства, радушнейше принимал нас на своей очаровательной вилле, расположенной неподалеку от города.
Папенька, пребывая в смятенном и раздраженном настроении, не желал ехать в гости, что вызвало сильное недовольство у маменьки и стало причиной небольшой перепалки между ними; но, разумеется, он не мог наотрез отказаться от приглашения, поскольку торжественный прием устраивался по случаю нашего прибытия на Мадейру. Мне больно видеть, как папенька переменился и как теперь он постоянно держится в тени дяди Джеймса. Он не мог предвидеть нашего банкротства в Вест-Индии, но дядя Джеймс никогда не простит его. Боюсь, он заставляет бедного папеньку каждодневно чувствовать вину за свою неудачу.
Тем не менее сегодняшний вечер прошел очень приятно. Наш хозяин, мистер Мерчисон, способен украсить собой любое общество, будучи по натуре веселым, жизнерадостным и чрезвычайно гостеприимным.
