Крэддок мысленно перебрал всех из окружения Марины Грегг, кто мог бы страдать тем же заболеванием, что и второй сын миссис Пайк.
— Итальянский дворецкий, — продолжала мисс Марпл, — которого убили. В день своей смерти он ездил в Лондон. Кому-нибудь известно, что он там делал? Если вы, конечно, можете этим со мной поделиться, — понимающе добавила она.
— В Лондон он приехал днем, в половине двенадцатого, — сказал Крэддок. — Чем он там поначалу занимался, никому не известно, но без четверти два он появился в банке и внес пятьсот фунтов наличными. Могу сказать также, что причина, по которой он якобы поехал в Лондон — навестить больного родственника или какого-то родственника, попавшего в беду, — не подтвердилась. Ни у кого из родственников он в тот день не был.
Мисс Марпл многозначительно кивнула головой.
— Пятьсот фунтов, — повторила она. — Весьма любопытная сумма, правда? Вам не кажется, что это был только первый из целой серии подобных вкладов?
— Очень может быть, — согласился Крэддок.
— Возможно, у человека, которому он угрожал, больше наличных денег просто не нашлось. Дворецкий мог сделать вид, что эта сумма его вполне устраивает, или взять ее в виде первого взноса, а остальные деньги шантажируемый обещал добыть в ближайшем будущем. Едва ли убийца Марины Грегг — это человек в стесненных обстоятельствах, который решил устроить ей свою частную вендетту. Пожалуй, надо отбросить и другую версию: кто-то специально нанялся работать на студию либо слугой или садовником в дом. Правда, такой вариант все же возможен, — поправилась мисс Марпл, — если человек этот был лишь исполнителем, а наниматель жил где-то в другом месте. Отсюда поездка в Лондон.
— Именно. В Лондоне сейчас Ардуик Фенн, Лола Брюстер и Марго Бенс. Все они были на приеме. Все они могли встретиться в Лондоне с Джузеппе в условленном месте между одиннадцатью и без четверти два. В эти часы Ардуика Фенна в его конторе не было, Лола Брюстер ушла из своего номера и ходила по магазинам, Марго Бенс в студии тоже не было. Кстати…
— Да? — откликнулась мисс Марпл. — Вы хотели что-то сказать?
— Вы спрашивали, — вспомнил Дермот, — насчет детей. Которых усыновила и удочерила Марина Грегг, когда еще не знала, что у нее может появиться свой ребенок.
— Спрашивала.
Крэддок рассказал, что он об этом выяснил.
— Марго Бенс… — задумчиво произнесла мисс Марпл. — А у меня ведь было ощущение, что тут как-то замешаны дети…
— Не представляю, чтобы после стольких лет…
— Конечно. Конечно. Такое трудно себе представить. Но много ли вы, мой дорогой Дермот, знаете о детях? Вспомните собственное детство. Был ли там какой-нибудь случай, какое-нибудь событие, весьма пустячное и несущественное, но заставившее вас страдать, печалиться или переживать? Нечто, вызвавшее у вас боль, чувство стойкой обиды? Была, если помните, такая мудрая книжка, написал ее замечательный писатель, мистер Ричард Хьюз. Забыла, как она называется, но там речь идет о детях, которые попали в ураган. Да, ураган на Ямайке. И что произвело на них самое сильное впечатление? Их кот, который, ополоумев, носился по дому. Именно это врезалось в их память. В этом впечатлении сосредоточились весь ужас, возбуждение и страх, какие они тогда испытали.
— Странно, что вы об этом рассказали, — почесав затылок, произнес Крэддок.
— Вам это о чем-то напомнило?
— Да, о смерти моей матери. Мне тогда, кажется, было пять лет. Или шесть. Я сидел в детской и ужинал, уплетал рулет с джемом. Я его очень любил. И тут заходит кто-то из слуг и говорит моей гувернантке: «Какой ужас! Миссис Крэддок убилась, несчастный случай…» Когда я думаю о смерти матери, знаете, что я вижу?
— Что?
— Тарелку с рулетом, я сижу и смотрю в нее. И вижу, причем сейчас так же отчетливо, как тогда, что с одной стороны сильно выдавился джем. Я не заплакал, ничего не сказал. Просто сидел, будто меня пригвоздили к месту, и смотрел на рулет. И знаете, даже сейчас, если в магазине, ресторане, у кого-нибудь дома я вижу рулет с джемом, меня окатывает волна ужаса, горечи и отчаяния. Иногда не сразу понимаю почему. Вам не кажется, что тут какая-то патология?
— Нет, — решительно возразила мисс Марпл. — Мне это кажется абсолютно естественным. Интересно… Это наводит меня на одну мысль…
Открылась дверь, и с подносом для чая появилась мисс Найт.
— Боже, боже, — воскликнула она. — Да у нас гости! Как чудесно! Здравствуйте, инспектор Крэддок. Сейчас я принесу вам чашечку.
— Не беспокойтесь, — отозвался Дермот. — Меня тут потчуют напитком покрепче.
Мисс Найт вышла, но тут же сунула голову в дверной проем.
— Простите, мистер Крэддок, можно вас на минуточку?
Дермот проследовал за ней в холл. Она завела его в столовую и плотно прикрыла дверь.
— Вы уж, пожалуйста, поосторожнее, — попросила она.
— Поосторожнее? В каком смысле?
