- Франческо Манцо, RAI, - раздалось прямо над ухом.
Даже не обернувшись, Виттория привычно огрызнулась:
- Никаких комментариев.
- Но у меня все пара вопросов, - не сдавался журналист.
- Мне плевать.
- Но это сенсация мирового масштаба, а Вы единственная…
Терпение подходило к концу, и Виттория прорычала сквозь сцепленные зубы:
- Vaffanculo.
Но и это остановило журналиста всего на несколько секунд:
- Неужели Вам не…
- Нет! – окончательно растеряв все остатки самообладания, рявкнула Виттория, - Давай, вали отсюда, я тебе уже указала маршрут.
Спасительный звонок телефона остановил этот бесконечный поток идиотских попыток втянуть ее в разговор.
- Привет-привет, - голос Джузеппе едва прорывался через шум людской толпы и завывания ветра, - Ну что, добрались? София отдала тебе ключи? Я на форуме, у меня практика у второкурсников, буду вечером.
Прервать автоматную очередь потока его мысли никогда не удавалось, поэтому Виттории пришлось дождаться пока он закончит, чтобы вставить свои пять центов:
- Зеппе, мы в Умберто Первого[1].
Джузеппе осекся и, через несколько секунд ошеломленной тишины, спросил:
- Ч-ч-что?
- Мы в Умберто Первого, - повторила Виттория, - У Гая случился какой-то приступ и его…
Договорить, однако, не удалось –Джузеппе перебил ее на полуслове:
- Да-да-да, у него то ли эпилепсия, то ли хрен его знает что! – для человека, которому только что сказали, что его знакомый попал в больницу, Джузеппе звучал слишком радостно и возбужденно, - Ну, ну! Что там, не тяни! Мы столько бумаги за столетия перевели, пытаясь понять!
Стоп…. Что?!
- То есть… То есть ты
По ту сторону трубки Джузеппе ощутимо стушевался:
- Я думал, ты знаешь… Это же все знают…
Ладонь сама встретилась с лицом.
- Твои коллеги и студенты – это еще не все люди в мире, Зеппе, - глухо простонала Виттория.
В этом был весь ее брат.
Из трубки раздались шаги и отдаленное растерянное:
- Синьор Кароцци…
И Джузеппе мгновенно позабыл про нее.
- Так, студенты! – громко объявил он куда-то в сторону, - У меня появились срочные дела, поэтому практика переносится.
- На какое число? – спросил едва слышный девчачий голос.
- Неправильный вопрос! Правильный вопрос – куда? - торжественно поправил ее Джузеппе.
Виттории понадобилось несколько мгновений, чтобы в полной мере осознать, что именно он имел ввиду.
- Зеппе, ты рехнулся?! – громко рявкнула она в трубку, - Здесь и так журналисты, актеры эти, чтоб их, кто-то из чиновников бегал. А ты еще и утят своих притащить решил?!
Последние остатки секретности – жалкие ошметки штукатурки, - отваливались от рушащейся стены на глазах.
- Зеппе, ты хоть понимаешь, что прошлый раз когда все вскрылось, меня чуть не убили! Моего мужа убили! Гая хотели взять живым непонятно зачем! И это при том, что Макс пытался все замять по своим каналам! Ты хоть понимаешь…
Все слепые взгляды камер уже смотрели на нее, но трубка подозрительно и совершенно непохоже на Джузеппе, молчала. Она осеклась и с удивлением уставилась на черный экран телефона.
Джузеппе сбросил звонок.
И не собирался отвечать на новые.
Тяжелая артиллерия была на расстоянии получаса быстрым шагом, хотела она того или нет – и она больше не знала, хорошо это или плохо.
- Кто-то пытался Вас убить? – настырный журналист разве что не выпрыгивал из штанов от энтузиазма, почувствовав сенсацию.
Виттория обреченно вздохнула. Похоже, придется все-таки ответить, как бы ей не хотелось иного.
Спасение пришло откуда не ждали.
Из-за спин разномастных журналистов вынырнул смутно знакомый мужчина в деловом костюме и быстро поравнялся с ней. За ним попятам следовали несколько амбалов в таких же костюмах, которые быстро оттеснили всех журналистов в сторону.
- Адриано Дзамбони, - представился мужчина, протянув ей открытую ладонь для рукопожатия. Одного имени было достаточно для того, чтобы тут же узнать его, но, однако, он продолжил, - Мэр.
Виттория шумно выдохнула и, после секундного замешательства, все-таки пожала протянутую руку.
- Виттория Кароцци. Что Вы хотели?
- Узнать, что на самом деле произошло, - мэр улыбнулся, - Нам снизу совсем ничего не было видно.
Выразительный взгляд метнулся в сторону журналистов:
- Я не буду говорить при свидетелях. Синьор Дзамбони, огласка – это самое последнее, что нужно в этом деле, просто поверьте мне.
Мэр коротко кивнул и отдал команду своим парням. Несколько минут – и в коридоре не осталось ни одного журналиста.
- А теперь? – заискивающе спросил он.
Телефон вибрировал в кармане уведомлениями каждые несколько минут, но она даже не смотрела в его сторону. Где-то за углом, - Виттория не видела этого, но точно знала, - копошились отчаявшиеся заполучить хоть крупицу информации журналисты.
Но ни единого шанса пройти мимо охраны у них не было.
- Вы не знаете, кто пытался вас убить? – пока у мэра были самые оригинальные и необычные вопросы из всех, нужно было отдать ему должное.
Виттория помотала головой:
