— Ох, вот выручил, сынок, давай за мной, я конечно прям до выхода не доведу, но хотя бы направление знаю. Небось боги грехи простить решили, а, хе-хе-хе!
«Хах, хаа, ха. Фух», — первый раз я так вышел из себя, было на удивление даже немного приятно. Вот только с дуру не подумал, что это может принести вред и простым горожанам. По крайней мере, я не вижу пострадавших вокруг себя, вот только столько зданий порушил, черт…
— Всё-таки не послушался старика.
— А вы, как всегда, из неоткуда появляетесь, Бермунд. — старик пробирался сквозь обломки и доски, ловко раскидывая их руками. Ну, неудивительно, он ведь тоже
— Зря ты всё-таки устроил погром, теперь Церковь не успокоится, хех.
— Как будто они смогут мне что-то сделать! — м-да, прозвучало как-то излишне пафосно, но зато правдиво. Я и правда не представляю, как они могут повлиять на меня.
— Они не смогут, но бог сделает это за них. Ты, знаешь ли, порушил все его планы, он это не оценит. — мрачно заключил Бермунд.
— Бог? Не боги? Но я точно видел троих, почему вы говорите только об…
«А! Ч-что, вдруг так темно стало и…», — и мое сознание будто в миг угасло.
— И правда все планы спутал, но меня это никогда сильно не останавливало, верно, Борис? — непривычный и неродной голос покидал уста молодого героя. Но Бермунд узнает этот голос из тысячи других.
Не сказать, что голос тот был каким-то необычным или что он чем-то выделялся. Но для старика он стал самым мерзким, противным и одновременно пугающим. И пугал он скорее не тем, что принадлежал некому могущественному существу, пугал он тем, что одно лишь слово, произнесенное этим голосом, могло вершить судьбу сотен тысяч людей.
— И когда ты успел научиться таким трюкам, может отпустишь пацана? — исчезло ребячество и насмешливость, исчез тот загадочный образ, который старик показывал всем вокруг. Теперь перед телом Камиямы Шина стоял настоящий герой, закаленный веками борьбы и страданий.
Глаза юного героя будто утратили блеск жизни и здравомыслия, его речь и жесты поменялись кардинально. Тело его сейчас управлялось кем-то другим, а душа его была словно отделена.
— Не недооценивай меня, за столько лет ты уже должен был понять, что это обычно плохо заканчивается! А насчет мальчишки не волнуйся, я просто использовал его, чтобы поговорить с тобой.
— Ну так рассказывай, с чем пожаловал. — нервы Бермунда уже были на пределе, а старые жилистые пальцы сильно сжимали рукоять меча, что был спрятан под плащом.
— И как всегда ты излишне нетерпеливый, хотя у тебя в запасе есть столько времени. И куда ты вечно торопишься? — не дождавшись ответа, существо продолжило. — Кхм, теперь я возьму всё в свои руки, давно надо было перестать полагаться на Церковь и героев. Видимо, я всё еще сильно привязан к тебе. Ты был одним из моих самых успешных проектов! Ты помнишь, сколько всего мы вместе сделали? Как мы перевернули историю этого мира!
Лицо Бермунда на мгновение побледнело, а потом загорелось чистой яростью.
— Ну-ну, подумаешь истребили одну… Кхм-кхм, ладно не горячись. Так вот, как достойный правитель я пришел сообщить, что наконец нашел способ избавиться и от тебя, и от той надоедливой женщины, и от объявившейся недавно «ошибки». Не скучай! — помахав напоследок, существо отпустило тело юного героя, и то свалилось землю.
«Вот ведь тварь!», — Бермунд всё не мог отойти от появления существа и так и продолжал стоять, тупо уставившись в одну точку, еще некоторое время.
— Хаах, давай, пацан, надо убираться отсюда, дела и правда приняли скверный оборот.
* * *
— Ну вот, сынок, почти выбрались. Дальше я пути не знаю правда, придется поплутать чутка, хе-хе-хе. — путешествие по темным сырым коридорам затянулось уже на пару часов, что откровенно не радовало.
Если я не ошибаюсь, то они распространяются по всей площади столицы и даже выходят за её границу. Всё это время я просто следовал за стариком. На пути иногда встречались комнаты с заключенными, но мы не могли тратить на них время, ведь неизвестно, когда вернется стража, как неизвестно и то, сколько нам тут осталось еще плутать. Мне-то ничего, но вот старик уже начал порядком уставать, оно и понятно — как он рассказал, с едой тут было не густо. Давали в основном объедки, а про воду вообще иногда забывали.
Дальше начиналась неизвестная старику местность, но благодаря своей памяти, мы могли быстро исследовать все проходы, не боясь потеряться. И вот спустя еще несколько десятков минут, мы вышли в длинный коридор, который в отличие от всех прошлых уже был выложен камнем. А в конце этого коридора расположилась деревянная дверь, из-под которой вырывались лучики дневного света.
— Охо-хо, сколько же времени я не видел света! Наконец выбрались, а, малец. Спасибо тебе еще раз, и правда выручил! Если когда будешь иметь дела с чернотой, сбродом там всяким или ворами, назови им мое имя, Вася Отмычка, и они от тебя отстанут.
— Интересное у тебя имя.