– По видеонаблюдению опера ещё работают на местах. Камеры обнаружены только в двух точках: на магазине готовой одежды недалеко от центрального выхода из парка и на другой улице, где находится спортивный комплекс. Зелёная зона расположена на окраине, вдали от оживлённых перекрёстков, поэтому муниципалитет не счёл нужным оснастить видеонаблюдением набережную и беговые дорожки. Ребята пройдут по частным магазинчикам, кофейням и автосервисам, может, найдут ещё где-нибудь, заодно покажут портрет покойного, не зря он появился в этом районе, да ещё ночью. Выходов из парка четыре – к реке, к особняку Овчинникова и на две разные улицы, но попасть на территорию можно из любой точки, просто перепрыгнув через ограду.
– Что на месте обнаружения трупа?
– На чёткие следы мы и надеялись, пешеходная дорожка затоптана гуляющими, ночью подморозило и новых отпечатков обуви нет. Больше ничего, ни окурков, ни каких других предметов. Только одно интересное замечание, такое впечатление, что труп перетаскивали с место на место.
– Вот, вот, – подключилась криминалист Провоторова. – Мужчина был без головного убора, зато куртка из тонкой кожи с капюшоном. На лайке остались грязные разводы и царапины.
– Свидетель Миниханов признался, что двигал труп. Говорит, хотел оказать помощь, но в темноте не мог определить, жив человек или уже мёртв, – Аристархов автоматически поднял глаза на настенные часы. – Мы договорились встретиться сегодня, чтобы уточнить траекторию передвижений тела. Жертву намеренно заманили в ту часть пака, куда почти не попадает свет от фонарей. Удалось выяснить личность?
– К сожалению никаких зацепок, – Провоторова качнула головой. – Мужчина за пятьдесят вообще без ничего, даже автобусный билет в кармане не завалялся, хотя, судя по одежде, гражданин не пользовался общественным транспортом. Куртка из мягкой лайковой кожи с утеплённой подстёжкой торговой французской марки «Seraphin» тянет как минимум на полторы тысячи евро, ботиночки из Италии, правда подошва тонковата для нашего климата. Мужчина или приехал на автомобиле, раз не побоялся замёрзнуть в холодную ночь, либо не местный, появился здесь из тёплых краёв и не рассчитал с погодой. В остальном вся одежда высокого качества. Дядечка ухаживал за собственным телом, маникюр, педикюр, даже подбриты подмышки и интимные места.
– Гомик? – Беликов скривился.
– А разве ухаживать за собственным телом прерогатива мужчин с нетрадиционной ориентацией? – холодно отреагировала Зоя Александровна, от чего смешинки в глазах покрылись инеем.
– Как думаете, – Степан Евгеньевич перебил зарождающуюся перепалку, – убийство из армянской серии?
– Конечно, – уверенно вставил Станислав. – Манера убийства схожая, да и местные так не одеваются. Наши мужики не рядятся в такие дорогие манатки, а тем более не бреют интимные места.
– Ты всех местных проверял? – ехидно перебила Зоя, и чтобы не дать вставить возражение коллеге, продолжила, чуть повысив тон. – Я, конечно, только криминалист, но могу сунуть свои пять копеек. В предыдущих случаях при жертвах находились документы или бумажники, а у этого вообще никаких опознавательных знаков. Прежние трупы молодые парни, а этот пожилой мужчина пятьдесят пять – шестьдесят лет. Даже в темноте трудно ошибиться.
– Похоже на ограбление? – Аристархов пока не определился то ли к серии отнести это убийство, то ли как отделить в самостоятельное дело.
– Если ограбление, значит, откуда-то его вели, а в парке убийца накинул петлю, зная о подробностях предыдущих смертей. И как не знать, каждая занюханная газетёнка балаболила подробности об истреблении армянской диаспоры, – Беликов потёр подбородок. – Пока не выясним личность, утверждать что-то рано.
– Вот именно, – поддержал Аристархов. – Давайте подождём, может парни что-нибудь нароют в городе, если к обеду не будет новостей, то нужно обратиться на местное телевидение, пусть покажут фотографию с описанием роста, веса и так далее. Станислав, иди к художникам, пусть составят портрет. Не повезёшь же снимки изуродованного удушением тела. Зоя Александровна, – он повернулся к женщине. – Вы забрали отчёт у патологоанатома?