За окном электрички мелькали ещё голые деревья и отсыревшие от тёплого солнца поля. Наконец-то весна, время возрождения природы. Символично, что Алевтина снова появилась жизни именно сейчас. Он уже её никуда не отпустит! Неожиданно его обдало словно кипятком. Жаворонков похлопал себя по карманам, потом подскочил и начал лихорадочно рыться во всех местах, которые имелись в одежде. Через минуту он тяжело опустился на место, вытер двумя пальцами пот и оглядел купе. На него никто не обращал внимания. Пара старушек разговаривала между собой, женщина читала книгу, подросток, уткнувшись в телефон, увлечённо играл в компьютерную игру. Электрички перегрузятся в час пик, когда народ после работы отправится домой. Валентин окунулся в свои мысли. Догадка снова обдала кипятком. Он покачал головой и пробормотал:
– Этого не может быть! Что же теперь делать?
Жаворонков нёсся наверх, перешагивая через три ступеньки, возле двери перевёл дух и нажал на кнопку звонка. Через пару секунд Антонина распахнула дверь. Валентин пролетел мимо неё и заметался по квартире, попутно переворачивая полки в шкафах. Тоня равнодушно наблюдала за хаотичными движениями мужчины, наклонившись спиной на косяк дверного проёма и сложив руки на груди, через несколько минут не выдержала и поинтересовалась:
– Тебе нужна моя помощь?
– Не могу найти одну вещицу, очень важную для меня, – Валентин остановился и почесал затылок. – Неужели потерял или выронил? – он перевёл взгляд на девушку.
– Скажи толком, что это?
– Мундштук для саксофона.
– Надо же трагедия, я видела на полке штук пять, выбирай любой!
– Сядь, я тебе расскажу историю, – мужчина увлёк Антонину на кухню, разлил по чашкам готовый кофе из термоса, поставил на стол и сел напротив.
– Почему ты не варишь свежий? – девушка отодвинула слабо дымящийся напиток. – После термоса кофе пахнет пластиком.
– Согласен. Привычка осталась после Америки. Там приходилось экономить на электричестве и чтобы не гонять чайник несколько раз, я заливал растворимый в термос, – Валентин поднялся, – хочешь, сварю свежий? – бегая по квартире, он немного успокоился.
– Не надо, рассказывай свою историю.
Антонина вернула чашку на место с постной миной, но мужчина не обратил внимания на кислую физиономию подруги и с воодушевлением начал повествование, расхаживая по кухне:
– Кэнненболл Эддерли американский саксофонист популярный в 50-60 годах прошлого века в период расцвета хард-боба. За двадцать лет творческого пути, он записал пятьдесят три живых альбома и принял участие в записи ещё тридцати. Кстати его настоящая фамилия Джулиан Эдвин Эддерли, прозвище Кэнненболл от слова «каннибал» дали одноклассники за непомерную любовь к еде. Он родился в штате Флорида, в Таллахасси получил музыкальное образование и стал легендой штата. Однако настоящую всемирную популярность получил, переехав в Нью-Йорк. Знаешь, иногда случай меняет всю жизнь. Однажды Эддерли пришёл в клуб «Кафе-Богема». Он всегда носил с собой саксофон, боясь, что его могут украсть из дома. В тот вечер в клубе выступала знаменитая группа Оскара Петтифорда, собралась публика из ценителей и знатоков джаза. Чисто случайно музыканты, увидев, что посетитель принёс с собой инструмент, предложили Эддерли сыграть за саксофониста. Как пишут в книгах и газетах, на следующий день Кэнненболл проснулся знаменитым. Он скончался в сорок шесть лет от инсульта, наверное, злую шутку с ним сыграла непомерная любовь к еде. Похоронили исполнителя на родине, в городе Таллахасси. Его имя увековечено в зале джазовой славы Jazz Hall of Fame музыкального журнала «Down Beat», – Валентин склонился над девушкой. – Эту вещицу я приобрёл у одного коллекционера, отвалил кучу бабок. Мундштук «Voz Medium Reeds – King Super 20 alt» произведен на всемирно известной американской фирме музыкальных инструментов в семидесятых годах прошлого века. Сейчас таких не выпускают. Эбонитовыми мундштуками, которые ты видела на полке, я пользовался, когда только начинал, сейчас это не мой уровень. Ну, вот куда запропастился?
Валентин распрямился, снова почесал макушку и продолжил поиски, заглядывая в самые нелепые места вроде чайника, раковины и стиральной машины. Тоня бестолково следовала за ним, даже не представляя, как выглядит потерянный предмет.
– Мне кажется, много шума из ничего, какой-то мундштук, даже не золотой! – она скривилась.
– Ты понимаешь, что здесь я даже аналога не смогу приобрести, придётся выписывать из США.
– Переживаешь из-за какой-то мелочи.
– Мелочи? – Валентин почти завизжал. – Это мой талисман, с ним я выигрывал крупнейшие американские конкурсы.
– Ну, ну, то-то я смотрю, ты с этим талисманом амулетом вернулся обратно! Охранялка не сработала! – взгляд Антонины стал насмешливым.