Вольфганг лежал в темноте с открытыми глазами, пролистывая недавнее прошлое. Он познакомился с Изабель в Турции. Женщина пленила его лёгкостью, каким-то шармом, которого не замечал у немецких дам, а главное, она сносно говорила на английском, от чего не возникало проблем в общении. Уже позднее до него дошло, что он подсознательно хотел обрести семью. Сначала мужчина предпринял попытки восстановить отношения с собственными детьми. Он нашёл их в социальных сетях, писал, пытался звонить, всё-таки прошло время, сын с дочерью уже люди взрослые, самостоятельные и на ситуацию должны иметь собственное мнение, а он навсегда останется для них родным человеком! Однако никто на контакт не пошёл, наверное, мать так промыла мозги, что отец выглядел в их глазах как минимум монстром и предателем. Вольфганг хотел встретиться с сыном, рассказать свою, правдивую версию ухода из семьи. Если дочь может и не понять, то сын старше её на пять лет, он мудрее, мужик мужика всегда поддержит! Однажды отец дождался парня возле крупного супермаркета. Высокий красивый брюнет катил тележку с продуктами, Вольфганг даже залюбовался, глядя на атлетическую фигуру, сам был таким. Он окликнул сына по имени. Парень остановился на секунду, а когда увидел постаревшего отца, отвернулся, забросил пакеты с продуктами в багажник машины и, не возвращая тележку в магазин, уехал, оставив пожилого мужчину со своими печальными мыслями. Время, проведённое после операции сначала в клинике, потом дома показало, насколько он слаб и беспомощен. В больнице за ним ухаживали, приносили еду, таблетки, даже водили в туалет. Да и вообще он не грустил, рядом с такими же хромающими и перевязанными в ортопедическом отделении. А вот в съёмной квартире пришлось сидеть одиноким перстом, курить и смотреть в окно, где протекала жизнь. Наверное, именно вынужденное заточение заставило переехать в курортный турецкий город, где почти круглый год сновали толпы туристов, светило солнце и переливалось изумрудами Средиземное море. Они знали друг друга меньше месяца, но она с лёгкостью согласилась выйти за него замуж. Потом Вольфганг корил себя за то, что поддался первому чувству, возникшему в том месте, где правят не мозги, а животные инстинкты. Такие порывы, как правило, ни к чему хорошему не приводят, недаром говорят, что чувства проверяются временем. Но тогда мужчина об этом не думал, жара, море, лёгкое вино и круглосуточный праздник туристической Мекки сделал своё дело. Регистрировать брак они улетели в Данию. В Германии такая процедура требовала времени и целой кучи документов от русской невесты, а датское государство с лёгкостью регистрировало всех желающих, и брак являлся легитимным во всех странах мира.