— Этот материал может оказаться важным для приятия решений, фрау председатель.
— Что ж, мы рассмотрим это, если будет необходимость, — сказала она, — но сейчас всех присутствующих интересует ваша пораженческая позиция, генерал.
— Простите, фрау председатель, но я не давал повода к таким подозрениям.
— Еще как давали! — сердито вмешался Грегори Кнабенан (неформальный куратор темы безопасности в клубе Вольфергем-кастл), — сначала вы убедили эмиссаров финансово-дипломатического корпуса Южной Кореи из евро-корейского Комитета-07111, что им следует уплатить огромную компенсацию верхним ливийцам за грошовый инцидент в районе Крита. А теперь вы предлагаете всем нам утереться и убрать ключевой текст с официального сайта ООН об Устойчивом развитии!
— Я старательно отвечу по существу на оба замечания, — произнес Штеллен, — сначала о ситуации, сложившихся у южнокорейских коллег по инциденту в районе Крита. Здесь присутствует уважаемый Хан Чон-Сон. Мистер Хан, скажите: есть ли у вас претензии к моим действиям по инциденту с южнокорейскими боевыми мини-дронами?
Южнокорейский неофициальный дипломат задумался, затем ответил:
— Мы полагаем, с учетом серьезного риска морским портам Инчхон и Пусан, и вообще торговому морскому трафику Республики Корея, следовало проявить дополнительную осмотрительность. Именно такой принцип применил бригад-генерал Штеллен в своих рекомендациях. Мы полагаем, что определенные денежные затраты были оправданы.
— По-вашему, это оправдано, мистер Хан? — язвительно отозвался французский магнат Николя Леклер, — У нас совсем иное мнение! Разумеется, вы не придаете значения тем последствиям, которое повлекло ваше решение финансово поддержать вздор о, якобы, причастности чадской ветви террористической группировки Боко-Харам к критскому инциденту. В результате вашей коррупции в Чаде, режим аль-Талаа без боя получил в качестве комендантской территории полосу Аузу, о которую мечтал режим Каддафи. Запасы урана на юге хребта Тибести, озеоа Нианги главный источник пресной воды в Северном Чаде, и стратегический аэропорт Файа-Ларго. То, что отстоял в начале 1980-х корпус французских коммандос, теперь получил еще более радикальный режим. И это далеко не все! Теперь снят последний геополитический барьер на пути хуррамитов к реализации безумного плана воссоздания палеоценового моря Феззан. Об этом может подробно рассказать присутствующий здесь нобелевский лауреат, доктор Кронелинг.
— Уважаемый мсье Леклер, — спокойно ответил Хан Чон-Сон, — мне понятны опасения европейцев в связи с деятельностью властей Верхней Ливии, однако конфликт — это не выход. Европейцам тоже следует понять это, поскольку два года назад попытка чисто силового решения привела у вас к Вандалическому кризису.
— Джентльмены, давайте не уходить в сторону — вмешалась фрау председатель.
Ее немедленно поддержал Йохан Роордорф, самый молодой за VIP-столом:
— Действительно! Мы сейчас говорим о риске публичной дискредитации Устойчивого развития. Это недопустимо, и хуррамиты должны понять: у нас тоже есть принципы!
— Что конкретно вы предлагаете, герр Роордорф? — спросил Штеллен.
— Я предлагаю пригрозить морской блокадой верхне-ливийских товаров! — заявил тот.
— Это разумно, — поддержал Грегори Кнабенан, — мы можем продолжить тему, которую поддержали сами хуррамиты: борьба против террористов Боко-Харам. Так у нас будет основание не соблюдать соглашение о свободном трафике в Средиземном море. А, как известно, экономика Верхней Ливии критически зависит от сбыта продукции на рынок Европы, где более полумиллиарда потребителей. Также версия Боко-Харам позволит объяснить публике в Европе, почему придется временно обойтись без уже привычных ливийских товаров.
Штеллен чуть слышно вздохнул, и твердо произнес:
— Придется обойтись ВООБЩЕ без всех товаров, поставляемых через морские порты.
— Это почему? — спросил Роордорф.
— Это потому, что существует крупносерийное верхне-ливийское изделие FIDO-fuzzy. Детали в бумагах, которые я выложил на стол перед началом разговора. Если кратко изложить суть дела: FIDO-fuzzy это реплика малогабаритной торпеды, Mark-24-FIDO, массово производившейся в США в 1940-х. Это был первый опыт Гарварда в области океанских торпед с акустическим самонаведением. Она очень простая и дешевая, но в применении очень эффективна. Ее жертвами стали более полусотни боевых субмарин Третьего рейха и Японской империи. Заряд всего сто фунтов, но этого достаточно для потопления любого супертанкера или суперконтейнеровоза. Если же это будет заряд с кристадин-фюзором, то его хватит, чтобы вывести из строя крупный порт. Как 17 мая позапрошлого года в порту Лион. Маршевая установка FIDO-fuzzy также построена на кристадин-фюзоре, поэтому, хотя скорость торпеды лишь 12 узлов, ее радиус действия практически неограничен.
— Сколько у них этих торпед? — поинтересовался Кнабенан, листая документы.
— Около двадцати тысяч по нашим данным, — ответил Штеллен.
— Они не посмеют! — воскликнул Роордорф.
