Один за другим они спустились по внешней железной лестнице, связывавшей мостик с баком. Ступая по воде, забрызгиваемые волнами, они шли, держась за поручни. Капитан включил фонарь и жестами и голосом руководил швартовкой большой барки. Юберу на секунду показалось, что суденышко вот-вот разобьется о корпус подводной лодки, но оно в последний момент выправилось, и кораблик тяжело задел своим деревянным бортом стальной бок боевого корабля.
— Давайте!
Юбер разбежался и прыгнул. Перемахнув через борт, он упал на скользкую палубу и растянулся на ней.
— До свиданья! Счастливого возвращения! — крикнул он, поднимаясь.
— Прощайте!
Стук двигателя стал громче. Кораблик накренился на правый борт. Очень быстро тонкая черная полоска подлодки исчезла в ночи. Юбер увидел танцующий огонек фонаря, поднимающийся на мостик, а потом он исчез.
И больше ничего.
Он вздрогнул от холода. С комком в горле обернувшись к корме судна, он услышал разъяренное рычание собаки. Огромного роста человек держал одной рукой штурвал, а другой — собаку.
— Хааа… Ко!
Юбер подошел, держась за поручни, и сказал на американском английском:
— Здравствуйте.
— Здравствуйте, — лаконично ответил рыбак на том же языке.
Юбер прочистил горло.
— Хм… Как вы смогли нас найти в такую ночь?
— Я плаваю в Охотском море тридцать лет, — ответил гигант, — и знаю в нем каждую волну.
Он рассмеялся смехом, мощным, как он сам, как его хриплый голос с поющими интонациями. Юбер отметил, что говорит он на американском английском очень правильно.
— Меня зовут Такара, — продолжил рыбак, почесывая голову Ко, переставшему рычать.
— Зовите меня Фред, — сказал Юбер.
— О'кей! — ответил тот и снова засмеялся.
Он отпустил собаку.
— Хааа… Ко!
Он включил электрический фонарик и наставил луч на Юбера.
— Дайте мне посмотреть, как вы одеты…
Он откашлялся и плюнул за борт.
— Неплохо. Если не присматриваться слишком внимательно, то все пройдет нормально…
Короткая пауза, нарушаемая только громким дум-дум-дум дизеля и приглушенными ударами воды о корпус, потом Такара объяснил:
— Пограничники проверяют рыбаков при выходе в море и возвращении…
— Надеюсь, — сказал Юбер, — у вас на борту есть надежный тайник?
— Это не нужно, — хладнокровно ответил Такара. — Вы останетесь на палубе и не будете прятаться…
— Разве возвращение контролируют не те же, кто контролирует выход?
— Те же.
— Как же так? Разве они не заметят, что экипаж увеличился на одного человека?
— Нет, сэр. При выходе на судне было два человека и одна собака. И будут два человека и собака…
Юбер понял:
— Что стало со вторым?
— Упал в море. Поскользнулся…
Юбер тихо покачал головой:
— И вы не смогли его выловить?
— Было очень темно. Слишком темно…
— Хм! — сказал Юбер. — Занятное совпадение!
— Точно… Его звали Кунг, и он никогда не разговаривал.
— Немой?
— Нет. Просто никогда не разговаривал. Когда пограничники будут проверять нас через два часа, ведите себя, как он — ничего не говорите.
— Я буду Кунгом.
— Да, сэр.
Юберу не нравилось, что Такара говорит: «Да, сэр… Нет, сэр».
— Можете сесть там, — сказал рыбак. — Мы возвращаемся. Перед тем как упасть в воду, Кунг закончил работу…
— Какой аккуратный тип! — усмехнулся Юбер, садясь около кучи канатов, служившей Ко постелью.
— Да, сэр, очень аккуратный.
«Да пошел он к черту!» — подумал Юбер, садясь поудобнее. Судя по тому, что ему сказал Говард, секретарь мистера Смита, Такара был сыном маньчжура и японки. До 1941 года он жил в Отиаи, в южной, японской, части острова Сахалин. Когда Япония вступила в войну, он перебрался в Ноглики, в северную, русскую, зону, чтобы, как он утверждал, избежать мобилизации в японскую армию. В действительности он служил в японской разведке и, поселившись в Ногликах, выполнял приказ. Он остался там и после того, как русские овладели всем островом, и продолжал работать на японцев и на их союзников — американцев.
Юбер очнулся от толчка и понял, что Такара пнул его ногой.
— Эй, это что такое…
— Замолчите, сэр! — перебил Такара, приложив палец к губам. — Контроль… Сидите, не двигайтесь и ничего не говорите.
В ту же секунду барку залил яркий свет прожектора.
— Эй! — крикнули им по-русски. — Кто вы?
— «Сихота»! — закричал рыбак в ответ. — Хозяин: Такара!
Он стукнул себя кулаком в грудь.
— И матрос Кунг!
Он показал на Юбера, привалившегося к канатам.
— Самый большой бездельник на всем Сахалине!
Огромный быстроходный катер подошел к борту «Сихоты», и одетый в длинный просторный резиновый плащ офицер прыгнул на борт рыбацкого суденышка.
— Покажи мне трюм, старая лиса!
Такара открыл люк, и офицер направил в отверстие луч мощного электрического фонаря.
— Хороший улов?
— Повредил сеть. Если хотите мне помочь ее починить…
Офицер разрешил Такаре закрыть люк, на секунду наставил луч на Юбера и спросил:
— Ничего подозрительного не заметил? Недалеко от твоего обычного места лова радар обнаружил неустановленное судно. Оно исчезло…
— Может, это был я? — усмехнулся Такара.
— Нет. Ничего не видел и не слышал?
— В такую ночь трудно что-то разглядеть. Но мы ничего не слышали, да, Кунг?
