— Наконец-то одни! — вздохнул Монтелеоне, когда хлопнула входная дверь, что значило, что домработница ушла.
Он встал, чтобы включить радио — хорошая предосторожность на тот случай — очень возможный, — если МВД установило микрофоны в разных комнатах.
— Что вы думаете о моей комбинации? — весело спросил он. — Разве не прошло все, как по маслу?
— Как по маслу, — согласился Юбер. — Если бы я был пессимистом, то сказал бы, что все прошло слишком хорошо.
Монтелеоне на секунду застыл и озабоченно посмотрел на него.
— Слишком хорошо прошло?
— Черт! Да ни единой неприятности!
Монтелеоне закурил.
— Это ваша заслуга. Вы потрясающе сыграли свою роль. Знаете, каково заключение врачей?.. Легкое сотрясение мозга повлекло временное умственное расстройство с частичной потерей памяти. Легко излечить, при условии помещения вас в обстановку, где вы чувствовали бы себя свободно и хорошо. Вот она, эта обстановка.
Он широко повел рукой и рассмеялся.
— Это было нелегко, — сказал Юбер. — Мне очень хотелось рассмеяться им в лицо и послать их к черту.
— Я вас понимаю, это, должно быть, ужасное напряжение. Во всяком случае эта история оставила мне свободной вторую половину дня. Мне поручено убедиться, что ваше умственное расстройство не повредило научным знаниям.
— Я очень старался говорить с ними о ракетах!
Монтелеоне потер руки и налил себе новый стаканчик водки, предварительно предложив Юберу, который отказался.
— Ладно, теперь можно расслабиться. Расскажите мне, как вы сумели пробраться в Россию, а потом в Сталинабад, и как сумели здесь поселиться. Я догадываюсь, что у вас были… как это называется? Контакты, кажется?
— Если хотите. Так вот, это очень просто. Я переплыл Амударью, не знаю, где точно. Потом дошел до шоссе и стал «голосовать». Приехав сюда, я спал в скверах.
Монтелеоне поднял одно плечо с гримасой дружеского осуждения.
— Ну! Ну! Не рассказывайте мне сказки! Это вы говорили в МВД!
— Это правда, — сухо ответил Юбер, неприятно изумленный, что итальянец спрашивает у него такие подробности.
Монтелеоне показался раздосадованным, потом выпустил колечко дыма и засмеялся.
— Мы поговорим об этом позже, — сказал он. — Знаете, я обожаю истории этого рода.
— При уходе отсюда вы переживете одну из них, будьте спокойны.
— Вы предупредили того, кто должен нас вывезти?
Юбер поморщился.
— Не думайте об этом, этот вопрос касается только меня. Вам остается следовать за мной, ничего не говоря. И избавьтесь от этой неприятной привычки задавать вопросы. Люди моей профессии этого не любят.
Итальянец покраснел:
— О! Простите меня, я не знал.
— Теперь знаете.
— Знаю. Могу я вас все же спросить, когда мы поедем.
Юбер пожал плечами.
— Когда захотите… Сегодня вечером, например… Я полностью в вашем распоряжении.
Монтелеоне задумчиво почесал подбородок.
— Ну что же, — сказал он, — почему бы не сегодня вечером? Зачем ждать? Мы выйдем через заднюю дверь и таким образом будем иметь впереди целую ночь, прежде чем будет объявлена тревога. Я надеюсь, мы будем далеко?
— Я тоже надеюсь на это, — прошептал Юбер.
Монтелеоне вдруг встал. Он нервничал.
— Может быть, сыграем в шахматы? — предложил он. Юбер не возражал.
— Если хотите…
Было уже начало пятого, а они все играли. Юбер выиграл у Монтелеоне две партии и проиграл одну. В ворота позвонили. Оба мужчины одновременно обернулись к окну, выходившему на передний двор.
— Что это такое? — сказал итальянец. — Мария никогда не звонит.
Они встали и пошли посмотреть. Возле ворот стоял Ханно Гугенбергер и разговаривал с милиционером. Шпет надел очки, а на плече у него висела сумка сантехника или что-то в этом роде.
— Я схожу, — решил Монтелеоне, — раз нет Марии.
Он вышел в прихожую и открыл входную дверь. Юбер подошел поближе, чтобы ничего не упустить из разговора.
— Что вы хотите?
Ханно ответил:
— Я слесарь по газовому оборудованию. Недалеко отсюда авария, и мне надо проверить давление.
— Хорошо, — ответил Монтелеоне, — входите.
Шпет прошел в ворота. Юбер понимал, что появление Ханно могло быть вызвано только очень серьезной причиной.
Ханно вошел в вестибюль.
— Где кухня?
— Сюда. Идите за мной.
Он прошел мимо Юбера, даже не взглянув на него.
— Где краны? — спросил он, еще не войдя на кухню.
— Здесь, в туалете, — ответил Монтелеоне.
Ханно засмеялся.
— Очень удобно, чтобы шутить с кухаркой.
Монтелеоне вернулся к Юберу в гостиную, и они продолжили прерванную партию. Но Юберу было трудно сосредоточиться на игре; присутствие Ханно в доме его слишком сильно волновало. Зачем он пришел? Что заставило его так рисковать? Чтобы передать сообщение, вне всяких сомнений… Какое сообщение? Ханно имел связь с мистером Смитом через агента-радиста. Получил из Вашингтона инструкции для Юбера?
— Шах, — торжествующе объявил Монтелеоне.
Юбер на несколько секунд сосредоточился на игре и сумел спасти своего короля.
Но вообще с него было довольно. Он позволил взять его королеву. Если Ханно хочет оставить сообщение, куда он его спрячет?
— Шах и мат! — провозгласил Монтелеоне.
Юбер сумел улыбнуться.
— Вы здорово меня обыграли!
— Два — два. Сыграем решающую? На десять рублей?
