Жан Брюс. Детективы полностью

Гребер взял со стола предмет, который остальные не заметили. Это было нечто наподобие искусственного языка из шершавой резины, соединенного с грушей для впрыскиваний. «Язык» надувался, когда нажимали на грушу, и опадал, когда ее отпускали.

— Это штука вызывает рвоту, — объяснил старший сержант. Я слышал о ней в Корее от нашего офицера разведки, но никогда не видел.

Он отложил приспособление, налил в ведерко воды из-под крана, находившегося в углу, и выплеснул воду в лицо Та Чуэну. После третьего ведра китаец пришел в сознание. Его мокрое лицо снова посерело от ужаса, как только он понял свое положение.

Гребер взял грушу.

— Мы немного повеселимся, — объявил он. — Несколько предварительных упражнений. Сколько «сахарных задниц» пропало, столько раз ты отведаешь эту чудесную штуковину.

Он засунул искусственный «язык» глубоко в рот китайцу и нажал на грушу.

— Первый!

Непобедимая волна тошноты подняла мистера Та Чуэна. Гребер вынул аппарат и отскочил в сторону.

— Поскольку ты голенький, — заметил он, — ты не рискуешь запачкать одежду.

Юбер отвел глаза. Мак-Иленни побледнел.

— Пошел второй! — объявил Гребер.

Операции следовали одна за другой в довольно медленном ритме. В желудке у китайца больше ничего не осталось, и от этого он страдал еще сильнее.

— Теперь это становится интересным, — сказал старший сержант.

На десятый раз Та Чуэн задохнулся, закашлялся, хватая воздух. Его внутренности выкручивались от позывов к рвоте, которые теперь следовали сами через короткие промежутки времени. На одиннадцатый раз Юбер увидел, что Та Чуэн почернел, и испугался, что не выдержит сердце.

— Хватит, — приказал он. — Вы его убьете.

— Жаль, — с сожалением сказал Гребер. — Он имел право еще на несколько.

Он ослабил крюки, державшие рот открытым, и убрал их. Жуткие болезненные спазмы продолжали сотрясать китайца, из выпученных глаз которого лились ручьями слезы. Гребер выплеснул ему в лицо несколько ведер воды. Затем они подождали, пока он успокоится, что потребовало некоторого времени.

Наконец, закрыв глаза, совершенно обессиленный Та Чуэн перестал двигаться. Юбер, чувствовавший себя очень неуютно, сказал Греберу:

— Вы знаете дом. Постарайтесь найти нам бутылку.

— Я как раз подумал об этом, — пробормотал старший сержант, начавший бледнеть уже несколько секунд назад.

И он убежал, как будто у него загорелся зад. Юбер подошел к креслу.

— Вы меня слышите, Та Чуэн?

Китаец ответил взмахом ресниц.

— Теперь мы дадим вам шанс рассказать. Если вы не захотите, мы начнем все сначала и будем продолжать, пока вы не сдадитесь.

Китаец хотел что-то сказать, но из его горла с помертвевшими мускулами не вышло ни единого звука.

«Только бы он не онемел окончательно!» — сказал себе Юбер.

— Вы решили говорить?

Утвердительный взмах ресниц.

— Хорошо. Отдохните немного.

Гребер вернулся с полупустой бутылкой рисовой водки. Его порозовевшие щеки говорили, что он к ней уже приложился. Юбер взял бутылку и отпил два-три глотка прямо из горлышка. Мак-Иленни принял эстафету. Юбер снова взял бутылку и влил несколько капель в рот Та Чуэну, который побагровел и чуть не задохнулся. Гребер принес воды, но китаец отказался.

— Постарайтесь заговорить, — приказал Юбер.

Китаец сделал усилие, но не смог произнести ничего, кроме нечленораздельного мычания.

— Ваш трюк хорошо сработал, Арки! Поздравляю!

Оскорбленный Гребер посмотрел на Юбера.

— Слушайте, Конрад, не надо насмехаться. Это не мой трюк! Кстати, он хочет говорить.

— Да, хочет, но не может.

— Надо заставить его все написать, — предложил Мак-Иленни. — Мы задаем ему вопросы, а он отвечает письменно.

— Это действительно единственный способ. Арки, найдите бумагу и карандаш.

— Иду.

Гребер ушел. Юбер отвязал правую руку Та Чуэна, который сразу же воспользовался этим, чтобы жестами попросить снять с него каску.

— Нет, отказался Юбер. — Только когда все закончится.

Старший сержант вернулся с блоком бумаги и шариковой ручкой. Юбер положил блок на колени китайцу и вложил ручку ему в руку.

— Первый вопрос: что стало с нашими исчезнувшими товарищами из Шестого полка морской пехоты?

Та Чуэн колебался. Гребер подошел к нему, поигрывая грушей. Китаец написал по-английски неуверенным почерком:

— Я не знаю.

Гребер сделал вид, что рассердился:

— Смотри, тата, я начну сначала!

Китаец успокоил его движением руки и поспешил написать снова:

— Я только посредник. Мне заказали поставлять военнослужащих Шестого полка морской пехоты в форме и с документами. Это все.

— Кто заказал?

— Один яванец, с которым я познакомился во время войны.

— Его имя?

— Абдулла.

— Мусульманин?

— Конечно. В войну он сотрудничал с японцами.

— Зачем ему нужны люди из Шестого полка морской пехоты?

— Я не знаю.

— Почему вы приняли его предложение?

— Он давал мне тысячу долларов США за каждого человека.

— Как происходит передача?

— Когда мне удается поймать в ловушку нескольких; морских пехотинцев, я звоню по телефону.

— Номер?

— Два-пятьдесят один-шестьдесят один.

— Имя абонента? Вы его узнали?

— Туристическое агентство Кука.

— «Кук и Сын»?

— Да.

— Вы над нами издеваетесь?