Она вся как-то передернулась и снова стала пунцовой.
— О! — воскликнула она. — Как вы можете так говорить?
Я в свою очередь принял удивленный вид.
— А что? Ничего особенного! Для первого раза это было бы совершенно естественно!
Я понимал, что эта женщина готова сделать все, при условии, что никто ничего не узнает. С поджатыми губами, она ответила несколько обиженным тоном:
— Мы спали.
Я выразил свое удивление, потом стал протестовать.
— Вы спали! Но вы не знали, спал ли мистер Лоувел! — Я решил рискнуть: — В сущности, он мог прекрасно встать и, сев в свою машину, доехать до Хобби-Хауза, а потом, вернуться так, что вы бы этого и не заметили?
Я рассчитывал на ее чувства к Роберту Лоувелу. Она была влюблена в него, в этом не могло быть никакого сомнения. Почувствовав опасность, она стала яростно защищаться, выпустив когти наружу.
— Это совершенно невозможно… Он держал меня всю ночь в своих объятиях. Он не мог бы встать без того, чтобы не разбудить меня. — Она становилась запальчивой. — Я готова поклясться на Библии, что он не покидал меня!
К этому следовало определенно прислушаться. Вот и Библия уже пошла в ход. Я сделал вид, что совершенно убежден, и переменил тему разговора.
— Поговорим лучше о другом… Я вам уже сказал, что у нас есть весьма веские доводы считать, что миссис Лоувел не покончила с собой, а была убита. Мы должны в этом серьезно разобраться. Мне бы хотелось знать ваше мнение относительно отношений, существующих между Лоувелами и Дуличами. Некоторые полученные нами сведения дали понять, что миссис Лоувел была когда-то невестой Виктора Дулича. Вы в курсе этого?
Эта тема разговора, видимо, понравилась ей гораздо больше предыдущей. Ее взгляд сейчас же оживился, и он ответила с видимой охотой:
— Совершенно точно. До знакомства с мистером Лоувелом Мэри была любовницей Виктора Дулича. Он ее бросил, и я не могу вам сказать почему. Она сразу же кинулась в объятия Роберта. В то время она была очень молода и обладала весьма пылким темпераментом.
Я невольно сделал гримасу, и она это заметила. Я проговорил недовольным тоном:
— Отбросим в сторону пылкость ее чувств. Не возражаете?
Она продолжала тем же тоном:
— Этот брак сразу же дал осечку. Мэри не переставала любить Виктора Дулича. Когда они стали снова встречаться после того, как обе семьи подружились, чувства Мэри вспыхнули с новой силой, и Роберт заметил это. Он мне сказал, что вид счастливой пары, которую тогда составляли Дуличи, должен был бы исцелить Мэри и показать абсолютную нереальность ее чувств.
Я быстро повторил:
— Составляли счастливую пару?
Она вдруг вздрогнула и с изумлением посмотрела на меня, как будто позабыла о моем присутствии… Я понял, что она говорила об истории, которую представила в своем воображении и в которую хотела верить. Обхватив снова колени руками, она продолжала:
— Роза Дулич — очень умная женщина, совершенно лишенная предрассудков. Несмотря на то что она прекрасно знала, какие чувства Мэри питает к ее мужу, она все же сумела сделаться ее подругой, и даже доверенной.
— Ну и ну! — заметил я. — Это было не так уж глупо.
Она не согласилась с моим мнением на этот счет и одарила меня неприязненным взглядом.
— В конце прошлого лета произошел досадный инцидент. В один прекрасный день неожиданно Виктор Дулич оказался наедине с Мэри Лоувел в Хобби-Хаузе. — Ее лицо стало совсем красным, а голос глухим: — Они… у них в этот день были близкие отношения… интимные. — Она глубоко вздохнула и быстро продолжала: — Я уверена, что и Роза Дулич придерживается того же взгляда, что Виктор просто явился жертвой обольщения. И никто бы не узнал ничего об этом случае, если бы Роза не рассказала все Роберту.
Это шокировало ее, и я был с ней полностью согласен. Я любезно спросил:
— И что же Роза?
Она сделала гримасу и покачала своей красивой головой.
— Это невероятно, — ответила она, — но она не сделала абсолютно ничего. У нее был такой вид, как будто она считала происшедшее совершенно естественным… Однажды на корабле она просто рассказала мне об этом без всякого стеснения…
Я быстро оборвал ее.
— А эта история с ожерельем, что вы думаете об этом?
Алчный огонек промелькнул в ее глазах. Она как-то вся подобралась: ее руки еще крепче сжали колени, а голос стал каким-то свистящим:
— Для меня в этом нет ни малейшего сомнения… Роза Дулич знала код сейфа. Мэри Лоувел много раз давала ей колье во время больших вечеров. Она же возвращала его иногда через два, три, а то и через несколько дней… Ей было очень легко заказать копию…
Несколько секунд я собирался с мыслями, вспоминая, не забыл ли я чего-нибудь, потом спросил:
— Мистер Лоувел привез вас из Ветела сегодня вечером?
— Да, — ответила она, — мы приехали едва ли час назад.
— Сколько времени вы находитесь на службе у мистера Лоувела?
Она немного подумала, прежде чем ответить,
— Приблизительно шесть месяцев.
Это меня немного удивило, но одновременно позволило понять кое-что. Я осторожно продолжал спрашивать.
— Позднее того инцидента, о котором вы мне говорили…
Она снова стала пунцовой и сделала вид, что не понимает, о чем идет речь.
