Все, чего хотел выпускник Никита Синицын — закончить школу без проблем. Но в классе появились новенькие, и привычная жизнь пошла под откос. Все, чего хотел уборщик Василий Иванович — бионические протезы. Но вместо этого получил виртуальную капсулу и игру про мертвый город, где произошел Инцидент. Две истории, две судьбы и одна книга про реальность и виртуальность.
— Держись правее.
Я постарался дотянуться до соседнего выступа, но нога предательски дрогнула, не найдя серьезной опоры в каменной ложбине.
— Кит, давай!
Обидно болтаться на веревке после пройденных двухсот метров. Особенно когда до вершины остается минут десять плотно сжатых зубов.
— Будь у меня твои длинные руки, — прохрипел я снизу.
— Будь у меня папа миллионер… Хорош болтать, Кит.
— Здесь только прыгать.
— Тогда чего ждешь, прыгай!
Легко сказать, когда сам находишься на пару метров выше.
Вроде и не новичок в подобных ситуациях, а ком к горлу каждый раз подкатывал. Делов-то, хорошо оттолкнуться и зацепиться за широкий выступ. Куда труднее было подтянуться на одних кончиках пальцев, или ползти на тех же кончиках, когда тело твое болтается над пропастью.
Минут двадцать назад я именно такой трюк и провернул, без малейшей запинки. В отличие от Костика, испытывавшего робость перед подобного рода упражнениями. Сейчас же мы поменялись местами, и теперь уже он подтрунивал надо мною.
— На счет три пошел.
— Подожди ты.
— Два.
— Костян, песок тебе в ботинки.
— Три!
И я прыгнул, скрипнув от раздражения зубами. Левую коленку обожгло от удара, но руки лишь крепче вцепились в скальный карниз. Получилось… Сердце бешено заколотилось в груди, готовое в любую секунду вырваться наружу.
— Давай, давай, верхолаз. Активней двигай пятой точкой.
Оставшийся путь был простой формальностью. Именно то, что я так любил. Когда можно было забыть о безумных прыжках, зависаниях на кончиках пальцев, обжигающей боли в содранных до крови коленях. Забыть и почувствовать приятную усталость в натруженных мышцах.
— Иди вперед, Кит.
Костик сделал пару мелких шажков на узком выступе, пропуская.
— Давно не глотал каменной пыли из-под моих ботинок?
— Ага, что-то вроде того, — соврал Костян, потому как не было здесь никакой пыли.
Этот маршрут мы собственными телами протерли до блеска и знали каждый выступ на пути. Дружище даже не утруждался одевать защитную амуницию, оттачивая и без того безупречный стиль прохождения. В этот раз он зашел еще дальше. Металлический звук расстегиваемого карабина не оставил сомнений: напарник решил добавить адреналина в кровь, оставшись без страховочного троса.
— Ты спятил?
— Не дрейфь, Китяра. Следующим шагом будет повязка на глаза.
— С такими замашками тебе в цирке выступать… вместо клоунов-акробатов.
— А разве такие бывают?
— Без понятия, — признался я и щелкнул застежкой, высвобождая веревку. В конце концов одну глупость сегодня совершил, отправившись в путь без наколенников. Одной глупостью больше, одной меньше.
— Страшно? — долетел до ушей веселый голос друга.
— Ага… уже обосрался.
Старый маршрут превратился в сплошные нервы. Ноги дрожали на знакомых широких уступах, а вспотевшие ладони то и дело приходилось вытирать о штаны. Я попытался воспользоваться теоретическими знаниями, полученными на уроках психологии. Нужно было лишь обмануть собственное сознание, представив под собой метровую высоту и мягкие маты. Однако, мозг оказался куда хитрее хозяина, и потому с завидным постоянством прокручивал в сознании сюжеты с падением: слишком реалистичными для воображаемой картинки. Расплющенное о камни тело, переломанные кости, выпущенные наружу кишки — завтра же намекну Илье Анатольевичу, нашему профессору психологии, о бесполезности метода «замещения» на практике. Мне-то уж точно лучше не стало.
С этими мыслями и добрался до верхушки искусственной скалы, где поджидал неприятный сюрприз в виде сколотого напрочь выступа. Единственного рычага, позволяющего попасть на плоскую вершину. Конечно, можно было изловчиться и ухватиться за край в высоком прыжке, но без страховочного троса…
Если пальцы соскользнут, не зацепятся за край — второго шанса не будет. Слишком узким был порог скалы под ногами, чтобы рассчитывать на удачное приземление.
Внизу нетерпеливо завозился Костян, недоумевая, в чем может быть причина задержки. Сказать? А толку-то… местами не поменяешься, вниз не спустишься. Можно было проторчать здесь до понедельника, пока поднятые по тревоги службы спасения не снимут горе-скалолазов. Отличный повод для зубоскальства в школе. Уж Дюша такой шанс точно не упустит.
Взгляд заскользил по серой поверхности в поисках малейших зацепок, но кроме торчавшего над головой растения ничего обнаружить не удалось. Куст, впившийся узловатым корневищем в голые скальные породы, раньше не привлекал особого внимания. Теперь же он оставался единственным билетом на вершину.
Схватившись рукой за толстый отросток, попробовал на прочность импровизированную лиану. Дернул пару раз на себя — вроде ничего, сидит крепко. Тогда вперед, к покорению вершины.
