Только когда свернули за угол девушка свободно выдохнула, позволив взять себя под ручку. Когда был мелким, не понимал, зачем парни это делают. Всегда считал за западло и розовые сопли. Сколько раз ржали с дворовой пацанвой, наблюдая за очередной парочкой влюбленных, вцепившихся и не отпускающих друг друга ни на шаг. Даже когда встречался с рыжей Олькой, не позволял себе подобных вольностей — с Агнешкой вышло иначе. Может я повзрослел, а может причиной всему была реакция девушки. Ковальски напрягалась и вздрагивала каждый раз, стоило прикоснуться к её ладони. Была бы у девушки шерсть, непременно вставала дыбом, словно у дикой кошки, дозволяющей себя гладить. Правда, в отличии от пантеры Ковальски не кусала, а сразу била кулаком. Сердце до сих пор замирает в ожидании, хотя четвертый месяц вместе.
— Пришел ответ на запрос? — поинтересовалась Агнешка, стоило нам покинуть территорию школы. Под ногами замелькал серый асфальт, а впереди показалась грунтовая дорога, ведущая в густые заросли дикого сада.
— Сегодня утром.
— И какой результат?
Это было еще одно отличие Ковальски от Корольковой. Олька никогда не интересовалась моими делами, а Агнешка вникала во многое и знала все… ну или почти все. О кооперативных сновидения я ей так и не рассказал.
Именно Агнешка откопала адрес центра ветеранов ЧВК в Питере. И именно она заставила отправить запрос на фамилию Василия Ивановича. Может бывшие коллеги помогут в поисках, раз уж полиция не в состоянии.
Увы, от бывших коллег пришел похожий до боли ответ:
Теплая ладонь крепко стиснула мои пальцы. Голос девушки уверенно произнес:
— Не переживай, мы обязательно что-нибудь придумаем.
Я и не переживал особо. В отличии от остальных знал, что Василий Иванович живой. Он просто залег на дно, ровно до тех пор, пока не убедится, что история с кооперативными сновидениями канула в небытие. Откуда взялась такая уверенность? Тому много фактов…
Во-первых, внезапный отъезд Дианы Ильязовны. Госпожа Сарбаева после внепланового отпуска вернулась сама не своя. Настолько, что я не смог набраться смелости подойти и заговорить. Молодая учительница неделю проходила бледной, а потом уволилась в один день и покинула город в неизвестном направлении.
Злые языки поговаривали, что Сарбаева уехала к родителям в Казань, где удачно вышла замуж, за местного нефтяного короля. Только чушь все это… Диана Ильязовна не из тех барышень, кто ищет выгодной партии, иначе не связала бы свою судьбу с безногим инвалидом. Я это точно знал, потому что с самим случилась похожая история: длинноногая и на редкость упертая. Василий Иванович говорил про таких — боевая подруга.
Ковальски могла бы запросто начать мутить с богатеньким Спиридоновым. Паштет проболтался, что он ей золотые украшения пытался всучить на день рождение. В Мадрид убалтывал слетать на майские, сука. Дюша предложил набить морду наглецу, чтобы не покушался на чужое. Только зачем? Агнешка и без меня справилась, отправив Спиридонова с побрякушками в такие дали, о которых в культурном обществе говорить не принято.
И Сарбаева была один в один такой же. Я на всякий случай просмотрел сайты светской хроники по республике Татарстан, на наличие информации о громких свадьбах за последние месяцы. Все миллионеры в России наперечет. Большинство женаты, а кто не успел, тот гулял либо с моделями, либо с актрисами. И ни одного абзаца про скромную учительницу по программированию. А это значит… а это значит к Василию Ивановичу она сорвалась, больше не к кому.
Пунктом вторым в доказательной базе шел товарищ майор. Я его так допек с расспросами о Василии Ивановиче, что он не выдержал и заявился в гости при полном параде. Хорошо, что матери дома не было, иначе хватил бы удар от вида фуражки с кокардой и звезд на погонах.
— Парень, угомонись, — сказал он мне строго. — Перестань копаться в этом деле, придет время, сам все узнаешь.
Тут и дурак сообразит, что есть что скрывать. Это с мертвыми обычно легко и просто: что с них взять — трупы, а раз возникли трудности, значит жив Василий Иванович. Не зря же товарищ майор на прощанье подмигнул… хитро так.
Третьим фактом в доказательной базе служило смятое в кармане письмо. Полученное по почте вчерашним вечером и остававшееся тайной для всех. Никиту Синицына, скромного выпускника двенадцатого класса взяли на факультет квантовой физики к самому профессору Мартыновичу. Признанному гению, одному из основоположников Новой Физики, окончательно похоронившему Стандартную модель.
