Ванная оказалась тесной, душевая кабинка – крошечной, сам душ к стенке не крепился, приходилось поливать себя вручную. Но вода была относительно горячей, напор достаточным. Приятно было выпростаться из одежды, в которой я путешествовала и спала последние двадцать четыре часа. Приоткрыв дверь ванной, я бросила ее в коридор.
Надев обновки, которые я недавно купила, я поймала свое отражение в зеркале. После восьмичасового сна темные круги под глазами посветлели. Душевная тревога, конечно, не улеглась, но, если выспаться и принять горячий душ, гораздо легче ориентироваться в обстоятельствах, когда вся твоя жизнь
– Ну вот, вы уже и сияете, – заметил Бен Хассан, когда я, идя по коридору, нашла его вместе с Омаром за работой в комнате, где на столах высились стопки паспортов разных цветов.
– Я крайне признательна вам за доброту.
– Меньшего вы не заслуживаете,
Бен Хассан помолчал, как будто ожидая от меня ответа на последнюю реплику. Потом шепнул что-то по-арабски Омару. Тот встал из-за ламинатора, на котором изготавливал бельгийский паспорт, и прошел мимо меня.
– Пора выпить киру, – сказал Бен Хассан, – если вы не возражаете.
– Да, я бы не отказалась.
– Рад это слышать. Как истинный мусульманин, я верю в Аллаха и в неизбежность того, что однажды я войду в райские врата, где наконец-то избавлюсь от своей тучной оболочки, и остаток вечности буду парить на небесах. Но как плохой мусульманин, я считаю, что трудно прожить день, не побаловав себя алкоголем один, два или три раза. В принципе я с подозрением отношусь к людям, которые не пьют. Пол спиртным чрезмерно не увлекается… пока мир не восстает против него.
– Значит, он много пил вчера вечером, когда был здесь?
– Естественно. Особенно после того, как дочь захлопнула перед его носом дверь. Однако об этом чуть позже. Позвольте спросить, как вы узнали, что он отправился в Уарзазат?
Я объяснила, что у нас есть кредитные карты на совместный счет и через Интернет можно отследить все расходы по нему.
– Вы и впрямь Большой брат[88].
– Едва ли. Если бы я наблюдала за ним более пристально, давно бы уже узнала про его тайну.
– Точнее,
– Да, как выяснилось, у него их много. Однако позвольте спросить вас кое о чем. Пол сбежал без паспорта. Как же ему удалось попасть на рейс «Ройял Эр Марок»?
Бен Хассан криво улыбнулся и рукой обвел комнату, в которой мы находились:
– Полагаю, вы и сами уже догадались.
– И какой у него теперь паспорт?
– Британский.
– Сколько вы с него взяли?
– Обычно я беру десять тысяч дирхамов.
– Теперь понятно, на что он снял вчера эту сумму.
– Вы исключительно сообразительны. Но должен уточнить, что десять тысяч дирхамов – это моя цена для «друзей и родных». Если фальшивые документы нужны кому-то, у кого проблемы с властями или кто должен исчезнуть без следа, цена значительно выше.
– Вы проявили великодушие по отношению к своему давнему другу.
– Можно и так сказать.
– Пол объяснил, почему он примчался в Касабланку без документов и, насколько я понимаю, в крайне неуравновешенном психическом состоянии?
– Из-за дочери, конечно… Однако что вам известно обо всем этом?
– Только то, что у него есть дочь по имени Самира и жена, которую зовут…
– Фанза.
– Чем занимается Фанза?
– Преподает английский язык и французскую литературу в одном из лицеев Уарзазата.
– Долго они были женаты?
Нам принесли напитки.
– Мы обсудим это – и многое другое – за ужином. А пока… – И Омар подал мне бокал с вином цвета черной смородины. – Основой этого кира является белое вино, произведенное в области Мекнес, которая в том, что касается наших
Мы чокнулись. Бен Хассан снова что-то шепнул Омару, и тот удалился из комнаты, закрыв за собой дверь. Убедившись, что Омар нас не слышит, Бен Хассан сказал:
– Вы поступили неблагоразумно, ударив Пола бутылкой.
– Я его не била. – Я оторопела от его обвинения.
– Это вы так говорите.
– Я говорю правду. Пол стал биться головой о стену в номере нашего отеля после…
Я осеклась, не желая вдаваться в подробности.
– После чего?
– После того, как я поймала его на чудовищной лжи, – ответила я, тщательно подбирая слова.
– Но если вы поймали его на лжи… полагаю, здесь замешана другая женщина…
– Нет, другая женщина здесь ни при чем.
– Тогда что?
– Это мое личное дело.
– Как и то, что вы ударили его бутылкой.
– Почему вы мне не верите?
