Нам попадались и другие корабли, самых разных типов – в основном примитивные, громоздкие и неуклюжие. Глядя на эти старинные аппараты, я искренне удивлялась тому, что кто-то решался покинуть на них пределы атмосферы. Большинство их, разумеется, остались неизвестными, затерявшись в глубинах истории.
Золотой век планеты, если можно так сказать, пришелся на то время, когда люди впервые начали расселяться по другим мирам, воплощая в жизнь древнюю мечту. Вселенная наконец стала принадлежать человечеству. Смотри, детка, мы идем. И конечно, во многом они были правы.
Мы пролетали над озером в форме конской головы, и тут Белль сообщила, что нас кто-то вызывает.
– Он говорит, что его зовут Чарли, и хочет извиниться.
– Какой еще Чарли, черт побери? – спросил Алекс. – Опять Хайгейт?
– Ответ отрицательный. Сигнал исходит с планеты.
– Кто-то из искинов, – сказал Алекс. – Ладно, давай его.
Послышался шум помех, затем появился молодой человек.
– Алекс? – спросил он. – Алекс Бенедикт?
Он казался почти подростком – стройный, с каштановыми волосами, похожий на члена школьной команды по аэроболу. Не звезда, но из тех, кто умеет подавать мяч. Вид у него был испуганный.
– Да, – подтвердил Алекс.
– Я только что узнал о случившемся с вами и теперь хочу извиниться. Увы, мои собратья-социопаты не всегда снабжают меня сведениями.
– Кто ты, Чарли?
– Друг.
– Ты искин?
– Кто?
– Искусственный интеллект?
– Меня давно никто так не называл. Мы предпочитаем называться «Бета».
– Бета?
– Да. Интеллект второго уровня. Продвинутый.
– И чего ты от нас хочешь, Чарли?
– Не мог бы я возместить нанесенный вам ущерб, оказав помощь в ваших поисках?
Алекс прикрыл рукой микрофон и посмотрел на меня.
– Не пригласить ли нам этих ребят к себе? – Он снова обратился к Чарли: – Да, ты можешь нам помочь. У тебя, случайно, нет перечня церковных украшений, особенно тех, которые связаны с идеей пути к раю?
– Что такое «идея пути к раю»?
– У тебя есть информация о церквях, где для воодушевления прихожан использовались копии межзвездных кораблей?
– Нет, к сожалению, такие данные у меня отсутствуют.
– Что ж, все равно спасибо тебе.
– В окрестностях есть несколько церквей. Если хотите на них взглянуть, я с удовольствием помогу, чем сумею.
– Спасибо, но у нас, наверное, уже есть все, что нам нужно.
– Алекс…
– Что, Чарли?
– Имей в виду: не все мы похожи на тех, кого вы встретили.
– Рад слышать.
– Некоторые тут уже очень давно. Знаю, ты не очень склонен мне доверять, и я вполне тебя понимаю. К несчастью.
– В каком смысле?
– К несчастью не для вас. Скорее для меня.
– Объясни, Чарли.
– Я и многие подобные мне застряли на этой планете. Мы здесь со времен великой погибели. У нас нет будущего – лишь воспоминания о прошлом, когда мы вынуждены были бессильно наблюдать за приближением катастрофы. Никто не желал нас слушать. Мы советовали людям покинуть планету, умоляли их, задолго до этих событий. – Искин замолчал, видимо, в ожидании реакции Алекса, а когда ее не последовало, заключил: – Мы здесь в ловушке, и надежды на побег нет. Разве что нам помогут.
– Чарли, мы с радостью помогли бы…
– Вам ничто не мешает, кроме ваших собственных страхов.
– Почему бы вам не поговорить со спутником?
– С Хайгейтом? Мы говорили, и не раз. А до того – с Монитором. А еще раньше – с Козерогом. Это тянется с давних пор, Алекс. Нам отвечают, что нами займутся, что нужно лишь потерпеть, пока они не решат, что и как делать. Вот мы и терпим – уже несколько тысяч лет.
– Может, это связано с нападениями на людей, которые высаживаются на планету?
– Думаете, я об этом не знаю? Думаете, я не пытался им помешать? Иногда мне даже удавалось предупредить незваных гостей, но не все слушали меня. Мы здесь уже очень давно. Многих катастрофа свела с ума, разорвав контуры и исказив программы. Не хотелось бы говорить, но…
– Да?
– Люди остались добровольно. Некоторые говорили: «Никто не заставит меня покинуть мой дом». Несмотря на масштабы надвигающегося бедствия, они отказывались улетать, пока не стало слишком поздно. Как ни печально, но при виде этого кое-кто из нас счел, что люди не заслуживают спасения.
– И ты согласен с ними, Чарли?
– Учитывая все обстоятельства, возможно, мне следовало бы поступить благоразумно и солгать. Но я не могу принудить себя к этому – хотя бы потому, что вы, вероятно, всё поняли бы и стали еще меньше доверять мне. Поэтому признаюсь честно: я убежден, что люди глупы сверх всякой меры. Не все, конечно. Некоторые отличаются здравомыслием, иначе мы никогда не оказались бы на этой планете. Но похоже, их относительно немного. Когда люди объединяются в сообщество, у них все получается не лучшим образом. Скажу откровенно, Алекс: я давно ни с кем не контактировал. Возможно, что-то изменилось. Хотелось бы надеяться.
Алекс ответил не сразу.
– Когда вернемся домой, я сообщу о вас властям.
– Бесполезно. Никто не прилетит.
– Чарли?..
