И тут шеф резко сократил те несколько сантиметров, которые разделяли нас.
Я вздрогнула от его губ, прижатых к моим. Жестким, холодным, как будто каменным. Я честно хотела отодвинуться, вскочить, убежать… Но Ян словно читал мои мысли.
Его огромная ладонь легла мне на затылок, удерживая от любых действий. А потом его губы раскрылись, и я почувствовала давление своих.
Меня даже уговаривать не пришлось.
Поцеловаться с Заславским? По-настоящему?!
Да кто об этом не мечтает?! Покажите мне такую дуру?
Веки потяжелели, глаза сами собой закрылись, а губы открылись. Я потом буду думать, а сейчас я хочу только чувствовать его поцелуй и его близость.
В его руках я размякла и поплыла. В голове сплошное радужное облако, на губах пьянящий нектар, к которому я жадно присасываюсь и хочу еще, еще! В ногах слабость, а в животе предательские бабочки, от которых сводит бедра, а между ног просыпается сосущая пустота.
Я теку и не могу остановиться. Я лихорадочно глажу Яна руками, пробегаю пальцами по щетинистым щекам, ерошу виски и зарываюсь пальцами в жесткую шевелюру на затылке.
Мне мало, мало его поцелуя. Меня коротит от каждого движения его языка, от посасывания губами. Я вздрагиваю, когда он прикусывает и тут же зализывает. Мне не больно, наоборот, меня пробирает, как от электрических разрядов.
Я хочу вылезти из одежды, чтобы стать оголенным нервом в его руках. Пусть делает со мной, что хочет.
— Нет!
Шеф резко отстраняется, удерживая меня рукой.
— Нет… Я еще… не готов. Ты тут ни при чем.
Я с трудом открываю глаза, не понимая, как можно добровольно отказаться от такого блаженства. Еще инстинктивно тянусь к нему, трусь губами о его, прижимаюсь щекой к его колючей.
Но Ян отталкивает, резко встает и уходит, ни разу не обернувшись…
Я растеряна, подавлена. Конечно, на мне еще сказывается усталость и невероятное потрясение от близости шефа. Я очень туго соображаю, что сейчас произошло.
Наверное, он не готов изменить своей жене. Я читала, я знаю, что он очень верный и любящий муж. Для него семья на первом месте. Знаю, что мечтает о детях…
А тут я такая нарисовалась…
И он не готов ради минутного желания ко мне рисковать своим счастьем в семье.
Но меня опять затопили противоречивые чувства. Жаль, конечно, что Ян настолько верен своей жене… С другой стороны, он хочет меня! Меня! А я Косте не поверила!
Это же с ума сойти, что мной, какой-то Евой из глубинки, заинтересовался сам шеф Заславский! Кумир миллионов! Мной! Простой Евой!
Очуметь!
И на этих бодрящих эмоциях я вычистила плиту и даже холодильник, прежде чем доползла наконец-то до душа и своей койки.
Там закрыла глаза, лелея мечту, что даже очень крепкие семьи рушатся из-за конфликтов и недопонимания. Или от того, что любовь прошла.
Хотя к такому как Ян любовь пройти не может — он же невероятный! Но если уж он сам обратил внимание на меня, значит не настолько сильно любит свою жену. Так?
Вот только почти улетая к неземному сну, где Ян Заславский протягивает мне кубок победителя, стоя на коленях, появился Костя и напомнил:
— Он хочет тебя, Дан. Теперь ты видишь?
И тут же вылез Семен:
— Кругом одна гомосятина. Я в такие игры не играю.
Сон как рукой сняло…
Господи…
Боже мой!..
Заславский целовал не меня!
Он целовал Дана!
Глава 10. Ревность не порок
Ян
Голова кружилась, а я все никак не мог оседлать свои мысли, чтобы случайно не унесли меня в далекую даль.
В груди нестерпимо щемило от болезненной потребности вернуться на кухню и довести дело до конца. Более того, внутри все еще дрожало от сладкого предвкушения. Это у девчонок бабочки в животе, а у мужиков — струны души, до которых если дотронешься, то они долго звенят, в ожидании, когда на них сыграют снова.
Вот и у меня звенели. Неправильно звенели, но нестерпимо.
Он — гей. Он согласен. Я же своими губами чувствовал его отзывчивость, грудью чувствовал его порхающие ласки. У меня до сих пор скулы сводит от нежности его прикосновений.
Это нормально?
Что, нахрен, со мной происходит?
Несмотря на поздний час позвонил Бергеру.
— Ты влюбился.
Лучше бы я ему не звонил!
— С какого перепуга? — хмуро поинтересовался я, ломая сигарету и отбрасывая ее на ковер.
— Потому что просто желая трахнуть, такие подробности не замечают.
— Да ну нахрен! Тебе то откуда знать?! Ты когда в последний раз влюблялся?
По телефону раздался тяжелый вздох.
— Да неужели? Бастионы Бергера рухнули? И кто она? — засмеялся я.
— Он. Это он. И это все ты виноват, твою мать!
Советчик из друга вышел хреновый, но без него я бы никогда не задумался, что я чувствую к Дану. Что я чувствую от него и в его присутствии, я уже отлично изучил.
У меня здоровая потенция. Отлично работает кровоток. Немного сбоит сердце, перекачивая литры крови в член и обратно. Но в целом, несмотря на алкоголь, сигареты, стресс от работы и перегрузки, я жеребец еще ого-го! Это я при Алке сомневался, а при Дане не сомневаюсь.
Но вот имеет ли это отношение к чувствам?
Непробиваемое дно гостеприимно отворило люк, приглашая спуститься меня еще ниже.
Похоже я все таки одержим. Геем. Конкретным парнем.
