— Ну что, мои красавицы? — спросил мужской голос, после того как Элла ненадолго прервала свой инструктаж, чтобы я могла осмыслить то, что она мне рассказала. — Разве не шикарный у нас сегодня вечер?
Мы оглянулись. Возле стойки стоял мужчина в черном фраке, белой рубашке и белом галстуке-бабочке. В руке он держал длинную палку, на конце которой горела сигарета. Некоторые из клиентов «Красного дома» тоже курили такие сигареты.
Его волосы были напомажены и крепко приклеились к голове, а усы были похожи на узкую полоску. Темные глаза перебегали с Эллы на меня и затем опять на Эллу.
— Твоя лекция о пальто была впечатляющей! — сказал он ей, улыбаясь во весь рот.
— Если ты хочешь надо мной посмеяться, то лучше исчезни, я сегодня не в настроении.
Мужчина пожал плечами.
— Я никогда не насмехаюсь над тобой, мое сокровище! — сказал он с невинным выражением лица.
— Твое сокровище? — переспросила Элла. — Не растрачивай свой порох слишком рано, тебе он еще понадобится, когда пожалует госпожа тайная советница.
Молодой человек наморщил нос:
— Я пошлю на переднюю линию Арно. У меня нет ни малейшего желания кружить старую каргу по паркету. А вот с тобой я потанцевал бы с удовольствием!
При этом он почему-то смотрел не на Эллу, а на меня.
— А кто вы, симпатичная фрейлейн? Ваш вид вносит свежесть.
— Я Ханна, — робко ответила я.
— Ханна! Какое красивое имя! Знавал я когда-то девушку по имени Ханна…
— Да, но поскольку она не заполучила от тебя внебрачного ребенка, то уже давно забыла о тебе. И вообще, держи руки подальше от этой малышки, иначе будешь иметь дело со мной!
— В тебе проснулся материнский инстинкт? — Мужчина рассмеялся. — На тебя это не похоже.
Элла схватила стакан с номерками, которые мы должны были развесить на вешалки, и сделала вид, будто хочет бросить им в мужчину.
Мужчина, который все еще смеялся, поднял руки, защищаясь:
— Но, милая моя, ты же не будешь швырять его в меня? Дамы удивятся, если их будет обслуживать мужчина с шишкой на голове.
— А ты расскажи им, что встрял в драку с Хаккманном, и тогда они все захотят забрать тебя к себе домой. — Элла, которая не собиралась ставить стакан на место, широко ухмыльнулась и добавила: — Особенно будет тронута госпожа тайная советница. Она станет еще более настойчиво ухаживать за тобой, Тим.
Тим изобразил на лице ужас, как будто перед ним появился дракон.
— Ну ладно, тогда я лучше уйду, пока не схлопотал. Желаю дамам чудесного вечера! — Он насмешливо отвесил нам поклон и побежал вверх по лестнице.
Элла поставила стакан и посмотрела ему вслед, качая головой.
— Вот прохиндей! Берегись его. Он не только изображает из себя охотника за юбками, а с удовольствием стал бы одним из них. Он частенько пристает ко мне, и мне не остается ничего иного, кроме как прибегать к таким средствам.
— Ты бросила бы в него стакан? — спросила я.
— Конечно, бросила бы. И ты тоже должна сделать это, если он приблизится к тебе ближе, чем на метр. — Элла посмотрела на меня и улыбнулась. — У тебя такой невинный вид. Не давай типам вроде Тима обвести себя вокруг пальца.
Я улыбнулась ей в ответ, но на самом деле у меня внутри что-то болезненно сжалось. Если бы Элла знала, сколько всего я уже повидала и что пережила! Хотя было бы лучше, если бы она никогда об этом не узнала. Никто и никогда не должен об этом узнать!
— А что, собственно, здесь делает этот мужчина, Тим? — спросила я, когда снова взяла себя в руки.
Снаружи за дверью послышались громкие голоса. Раздался смех. Неужели это посетители?
— Он один из наших жиголо.
— Жиголо?
Уже в самом звучании этого слова было нечто неприличное.
— Они обслуживают женщин, которые приходят сюда без мужчин. Работают наемными танцорами в балхаусах, чтобы ни одна из дам не осталась сидеть одна. За это они получают чаевые, а иногда дамы забирают их с собой для дальнейших услуг.
Элла многозначительно подмигнула мне.
Я была потрясена. Значит, эти мужчины продавали свои тела, как проститутки?
Прежде чем я успела расспросить Эллу более подробно, дверь открылась и целая толпа болтающих и смеющихся людей заполнила холл.
— Началось! — сказала Элла, выпрямилась и надела на лицо улыбку.
Я попыталась сделать то же самое, но я, конечно, не обладала даже сотой долей ее уверенности в себе.
Как и сказала мне Элла, я принимала у посетителей пальто и выдавала номерки. Руки у меня были холодными как лед и одновременно мокрыми от пота. Время от времени я улыбалась, но избегала смотреть людям в глаза. Все это время я сама себе казалась лакеем, стоящим в согнутом положении и не имеющим права даже посмотреть в лицо своему хозяину.
Люди, похоже, этого не замечали. И через некоторое время до меня дошло, что очень мало кто из них действительно смотрел на нас. Лиц большинства посетителей не было видно за пальто, которые они нам подавали, а забирая номерки, которые мы пододвигали к ним по стойке, они просто клали на них руки, даже не повернув к нам головы. Мысленно они были уже на балу.
