Жасминовый ветер полностью

В ответ она молча кивнула и легла на одеяло, постеленное для нее прямо на полу. Для ритуала нужно было поставить трех магов каждой из стихий на каждую сторону горизонта, а вокруг того, чьи блоки предполагалось разрушить, очертить круг из каждого элементаля магии – земли, воды, огня и воздуха. Когда я увидела готовые магические круги, то сразу вспомнила наши крылья – очень уж они были похожи, потому что тоже состояли из элементалей. Только здесь они никак не пересекались, существуя на строго отведенных для них участках. Свет исходил от магических светлячков, висевших в воздухе, но этого света было недостаточно, чтобы окончательно разогнать полумрак в помещении.

Альрик начал нараспев читать сложные заклинания, время от времени заглядывая в большую и древнюю на вид книгу. Чуть позже его голосу стали вторить голоса папы и Мариуса, вгоняя меня в состояние, похожее на транс. Я, не отрываясь, смотрела на маму, стараясь уловить изменения в выражении ее лица, даже самые незначительные. Она часто хмурилась и качала головой из стороны в сторону, тяжело дыша. Что она видела за закрытыми веками? Какие тайны собственного прошлого открывались перед ней сейчас?

Мне казалось, что время бесконечно долго тянется и мы пробудем в бальном зале до утра, но, взглянув на стрелки циферблата, поняла, что прошло всего каких-то полчаса. В нетерпении я кусала губы и сжимала пальцы в кулаки, совершенно не чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Чтобы хоть как-то успокоиться, стала гладить Сандру, которая молча смотрела на маму, лежавшую сейчас с закрытыми глазами.

Воцарилось молчание, нарушаемое лишь шелестом страниц, перешептыванием присутствующих и слабым потрескиванием магических светлячков. Теперь оставалось лишь ждать маминого пробуждения. Подняв голову, я увидела свое отражение в зеркальной части потолка, под которой находилась кушетка, где мы сидели во время ритуала.

Тело вдруг окутало слабостью, мое отражение в зеркале заволокло черной дымкой, а когда она рассеялась, перед моим взором, как в кино, возникла уже знакомая картина – ночной лес, среднего роста фигура в черном балахоне, выходящая из портала с младенцем на руках. Вот она оставила малышку лежащей на земле, сказав напоследок несколько слов. Вдалеке послышался вой.

– У-у, кажется, в этом лесу водятся злые, голодные волки! Что ж, приятного вечера, маленькая дрянь!

Резко отвернувшись от зашедшейся в плаче княжеской дочери, женщина противно хихикнула, и это мерзкое хихиканье сейчас показалось мне подозрительно знакомым. Быстрым шагом она шла прочь, а затем остановилась, чтобы открыть портал. Сильным порывом ветра с ее головы сняло капюшон, и в свете открытого портала я увидела ее лицо. Это была Анна.

В ту ночь она ушла порталом, уверенная, что ребенок погибнет, брошенный в пустом лесу на холодной земле. Но маленькая Раниэль-Ариадна, дочь князей Нориалли, не умерла. Спустя полчаса ее обнаружили туристы, заплутавшие в, казалось бы, знакомом лесу из-за странного белого тумана, что появился здесь совершенно внезапно. Малышка была спасена, а затем передана в дом малютки, откуда ее, уже подросшую, забрали в приемную семью. Вот так по воле темной колдуньи княжеская дочь очутилась в соседнем с Эсфиром мире в маленькой живописной Чехии.

Видение поблекло, зеркало снова заволокло черной дымкой, но вскоре она рассеялась, и из зеркала на меня вновь смотрело мое отражение. Мой судорожный вдох множественным эхом отразился от стен зала.

– Эмилия, ты что-то увидела? – тронув носом меня за руку, спросила Сандра.

Не успела я ответить ей, как мама, распахнув глаза, резко поднялась с того места, где она лежала.

– Анна! Это Анна! Это она пыталась меня убить в ту ночь! – отчаянно воскликнула она, обняв себя за плечи.

Около нее тут же мигом очутился Ардайл и, присев рядом с ней, сгреб в охапку, словно желал оградить этим от ужаса вновь пережитых воспоминаний. Никари тревожно крутилась около них, пытаясь лизнуть мамины руки. Мама уткнулась лицом в папину грудь и громко всхлипывала, причитая, как ей было страшно в тот роковой вечер.

– Я умоляла ее, говорила, что у меня маленький ребенок! А Роберт! Роберт все знал! Они планировали это вместе!