Они прикрепили себя к
Люди, люди, люди! Бесконечные их потоки, казалось, вся британская армия и хороший кусок французской, и несколько черных сенегальцев. От первого до последнего Ланни не видел ни одного человека, спасенного или спасателя, увильнувшего от обязанностей. Он слышал рассказы о французах, бравших штурмом лодки, но те, которым он помогал, неизменно здоровались с ним и говорили: "Мерси, мсьё". Когда они обнаруживали, что он знает их язык, то рассказывали ему о своих приключениях. И Рик, профессионал, несмотря на усталость и морскую болезнь, сказал: "У кого-то получится отличная история!" Ланни встретил американцев, которые водили машины скорой помощи, и то, что британцы называли "чайными машинами" для ИМКА. Он встретил британского офицера, который прискакал на берег на украденной лошади, а другой, который приехал на дамском велосипеде и не рассказал, как он его получил. У Томми было много таких рассказов, и они были рады возможности посмеяться. Им было очень весело с французскими крестьянами, которые никогда не видели моря и так же боялись небольшой лодки, как немецкого танка.
Городские доки были взорваны, а склады сожжены, и набережная стала слишком горячей для людей или кораблей. Так что на пляжах появилось все больше людей и на молах, обрамлявших рейд. Самый большой из них был сделан из свай, забитых в песок, два параллельных ряда близко друг к другу. Никто никогда не планировал использовать их в качестве пирса. Но у какого-то яркого парня появилась идея положить на них столы, и они были привезены и перевернуты с ножками вверх, образовав сходни. На этой неустойчивому настилу в течение нескольких дней и ночей прошло нечто вроде полумиллиона британских и французских сапог. Корабли встали рядом, и люди всходили на борт, и это было намного быстрее, чем идти вброд в прибой. Немцы беспрестанно бомбили эту пристань, но ни разу не попали. Спитфайры летали стаями и отправили на дно многие бомбардировщики. Эсминцы и зенитки на пляже продолжали беспрерывно колотить их. Также крейсера, у которых были огромные восьмиствольные зенитные орудия, известные как "Чикагские пианино". Стоял такой грохот, что приходилось кричать, чтобы тебя услышали.
Рик внес еще одну яркую идею в эту случайную процедуру. Широкий пляж был заполнен всеми видами транспорта, машинами скорой помощи, танками, грузовиками, которые стояли здесь, и не могли двигаться дальше. Почему бы не отвезти их в море, насколько они могли бы пройти. По двое бок о бок, а затем еще одна пара, а другая, пока не получится пирс. По наложенным сверху доскам люди могли пройти к концу, и лодки среднего размера могли подойти и взять их. Рик прокричал предложение молодому лейтенанту, который заставлял людей работать. И через час или около того это было сделано, и дела пошли намного быстрее в этом месте. У врага была новая цель, но его стрельба не была слишком хороша, а теперь развернулась новая стая эсминцев и пустила в ход своё оружие.
XIV
Целую неделю днем и ночью без остановки шла битва за городом и по всей дуге вокруг него. Враг находился на востоке в Ньюпоре и на западе в Кале и в пригороде Дюнкерка, все время отчаянно пытаясь прорваться к пляжам и отчаянно сражаясь с британскими и французскими арьергардами. Здания были полностью разбиты артиллерией, начались большие пожары, и над городом висела черная пелена. Все, кто смог выйти из этой битвы, выглядели жалкими, многие без обуви и в одежде в клочьях. Врачи скорой помощи и команда санитаров-носильщиков оставались на работе и доставляли раненых к лодкам, поток которых никогда не прекращался. Один из пароходов, совершавших регулярные рейсы через Ла-Манш, совершил восемь круговых рейсов в Рамсгит, причем в каждом перевозил около двух тысяч человек.
Пока, наконец, не осталось никого, кроме арьергардов, о них позаботится флот. "Джентльмены, ваша работа завершена", – сказал адмирал, появляясь в разных местах на своем крошечном флагмане. – "Вы можете отправляться домой, когда захотите. Удостоверьтесь, что у вас достаточно бензина, и если вы хотите, чтобы вас взяли на буксир, заходите на пункт сбора".
