Десять минут, и лаз готов. На четвереньках я пошел на базу. Вылез, увидел, что нора образовалась позади админкорпуса, где жил Папаша. Двор между двумя зданиями отсюда не просматривался. Может, потихоньку проникнуть к рабам, дать о себе знать и обезопасить их?
Нет! Нельзя рисковать, шастать по территории. Представится возможность — предупрежу Лизу и Киндерманнов. Но вдруг их уже нет в живых?
Потому я не стал геройствовать и вернулся к зомбакам. Если бы умел молиться, помолился бы, а так просто шепнул сам себе:
— Да будут жнецы к нам благосклонны! — И велел слабым эволюционирующим бездушным оболочкам лезть в лаз и затаиться у стены позади админкорпуса.
Сосчитав до десяти, с такой же командой отправил туда Афанасия, Коляна, Скалу, потом — Голлума. Этот должен был напасть на кого-то из чистильщиков, объятого паникой. Очень хотелось бы, чтобы каждая волна атаки забирала по чистильщику, но, возможно, на Витаса они вообще не отреагируют. Но ничего, претенденты точно разбегутся.
Последним в лаз нырнул Витас. Перед тем я подвел поближе «желтых» и «красных», велел первым приготовиться к атаке и нырнул в лаз.
Опарыш вернулся к сильным зомбакам, Копатель вырыл себе дополнительную норку внутри тоннеля и спрятался там.
Я вылез, стряхнул землю с волос и, пошатываясь, побрел во двор — надо было посмотреть своими глазами, что и как, и выбрать себе наблюдательный пункт.
Итак, админкорпус превращен в крепость: все окна на первом этаже заложены камнями. Дверь поменяна на самодельную железную. На окнах второго этажа ставни, сейчас они все закрыты, и решетки из арматуры. Для амбалов, таких, как Афанасий, это не проблема. Проблема в другом.
Как использовать Витаса? Его вопль просто не услышат! Придется заставлять амбалов бить стекла. Ну а что, все знают, что бездушные эволюционируют и могут использовать подручные средства.
В корпусе рабов окна не заложены, а просто заколочены жестью, фанерой или просто досками крест-накрест — этих не жалко.
Значит, так: амбалы разбивают окна в админкорпусе, Витас бежит, орет и уходит в лаз восстанавливаться, потому что боец он слабый. Ему на смену приходит шестиуровневый безымянный крикун, сеет смуту и раздор, амбалы нападают на паникеров. Я постреливаю исподтишка — если откроется стрельба, не будет понятно, кто палит, откуда и зачем. Вот только с меткостью у меня так себе, так что придется… Ладно, не до самокритики, война план покажет.
Осталось подыскать убежище. Я еще раз осмотрел двор и заметил нагромождение металлических листов и палок между двумя зданиями, в клумбе, под банановой рощицей. То, что надо! Оттуда идеально все просматривается. И простреливается.
Бежать туда не стал — опять-таки, чтобы не светиться лишний раз. Приказал амбалам набрать камней, но таковых в почве не оказалось, пришлось приносить им обломки кирпичей и плитки, по одному в каждую руку. Себе тоже взят парочку.
Итак, Рокот, сосредоточься. Вдохни, выдохни и дай команду. Но мысли разбегались, в груди было жарко, потряхивало. Хотелось плюнуть на все, забиться в нору, сжать голову руками и ждать, когда закончится горячечный сон.
Нет! Я вспомнил расправу над беспомощными в «Кали». Если не я, то никто. Надо очистить землю от бездушных, которым просто нечего терять, и они выглядят как люди.
Я глянул на часы: израсходовано сорок три минуты «Сокрытия души» — и отдал команду амбалам и одновременно послал оболочек ломиться в двери админкорпуса и отвлекать внимание дозорных и того, кто проснется.
Полетели камни, зазвенело разбитое стекло. Я тоже разбил два окна на втором этаже со стороны фасада и затаился. Внутри закричала женщина. Маша? Подстилка Папаши Вика Грей? Филиппинка Блессика?
Кто-то выматерился, и тут заорал Витас. Будто вторя ему, админкорпус тоже взорвался криком. Заработало! Амбалы тем временем по моей команде выдирали плитку и били оставшиеся стекла, Витас орал, объятые паникой люди тоже орали.
Орущий дозорный спрыгнул с вышки, дрыгая ногами и вереща, как резаный поросенок, шмякнулся оземь. Минкс один, надеюсь.
Распахнулась дверь, вылетели два мужика в трусах, этих двоих я не узнал. А вот и старый знакомый Бенитез, сливающийся с темнотой, этот вовсе голый, как и бегущий следом длинноволосый китаец Донг Пэн. Ай, хорошо идут! Кучно! Щас бы с дробовика шмальнуть, особенно если повылезают остальные…
Нет, больше никто на улицу не выбежал. Чистильщиков, похоже, не проняло. Или они мечутся внутри здания?
Вереща, вылетела голая Вика Грей, заметалась по двору, топая и затыкая уши.
— Фас! — и мысленно, и вслух велел я самым слабым зомбакам, и они рванули бить бесштанную команду.
Витас, похоже, пронял не всех, потому что амбалов обнаружили, и в Афанасия полетел коктейль Молотова, озаряя все вокруг светом.
«Ты был отличным бойцом, Афанасий, — думал я, глядя на объятый огнем живой… точнее неживой движущийся факел. — Беги внутрь, родной. Во славу Орды! Касайся всего, что горит: занавесок, мебели, дверей. Найди склад с вещами и лишись активности там».
Остальные амбалы рванули догонять разбежавшихся претендентов.
