— Готово! Как тебе? — Я протянул изделие Сергеичу и с гордостью пояснил: — Это меч. Небесный рассекатель! Урон восемь-двенадцать, так что нулевок будешь с двух ударов валить.
Тот повертел его в руках, пощелкал языком и прищурился:
— Вот это дело! Не то что вилы с киркой… Толковую вещь сварганил, Денис! Осталось в бою опробовать…
Пожелание Сергеича тут же исполнилось — затрещали кусты, и оттуда вывалилась юная бездушная девушка лет восемнадцати. Заверещав, она рванула к нам. Ярость и голод исказили хорошенькое личико.
— Ты гляди, какая телочка к нам пожаловала! — радостно ощерился Сергеич. — На ней и испытаем!
Он выступил навстречу. Замахнувшись и выждав, пока бездушная приблизится, Сергеич хекнул и одновременно ударил. Мачете раскроило череп, электрик проворно отскочил в сторону, сняв с лезвия заткнувшуюся девушку, после чего пнул ее и снова ударил по шее наискосок, намереваясь отсечь голову, но лезвие застряло между позвонков дергающейся в агонии бездушной.
«Какой кровожадный электрик», — подумал я, снова осознавая, что с Сергеичем нужно держать ухо востро.
— И правда с двух ударов! Вж-жух — и башка с плеч! — ликовал «кровожадный электрик».
Похоже, он влюбился в «Небесный рассекатель» и на волне адреналина продолжил делать выпады и отрабатывать удары по невидимому противнику.
Поглядывая на него, я взял длинный нож, покрутил его в руках.
Опасный клинок был почти в полметра длиной — сантиметров сорок, может, даже сорок пять. С его острейшим концом лучше копья ничего придумать я не мог. Для древка должен был сгодиться полутораметровый деревянный прут, который принес Сергеич. Определившись, я принялся делать то же, что и чуть раньше.
На изобретение следующего изделия ушло минут двадцать — пришлось повозиться, потому что по ходу придумывания пришла идея зазубрить нож. Перед глазами встала картина того, как лезвие вонзается в плоть бездушного, а сила гравитации и зазубренные грани рвут жилы и артерии, когда я тяну копье на себя…
Сергеич, который сначала терпеливо ждал, начал суетиться и подгонять:
— Денис, да что ты возишься? Палка, клинок — чего тут велосипед изобретать? Как бы зомби на дым не приперлись!
— Уже приперлись… то есть приперлась. Нестрашно, ведь, если что, ты снова сделаешь свой «Вж-жух — и башка с плеч!» Так что побереги силы. Подай-ка лучше напильник… И больше не отвлекай!
Сосредоточившись на процессе и на том, каким вижу свое будущее оружие, я продолжил. Все окружающее исчезло, даже голос электрика, разговаривающего по рации с Максом, доносился откуда-то издалека.
Когда я закончил, идентификация системой нового оружия заняла больше времени, чем обычно, но едва по нему прошла световая волна, я мысленно станцевал джигу — возня точно стоила того! Сразу два полезных эффекта!
Над названием голову не ломал, придумал его еще в процессе создания, разве что добавил эпитет из-за эффекта оружия:
— Готово? — осторожно поинтересовался Сергеич.
— Ага.
— Мне что отдашь? Меч или копье?
Он держал «Небесный рассекатель» с нежностью, как мать любимое дитя. Реши я забрать его, Сергеич бы спорить не стал, но точно расстроился бы. Впрочем, делать этого я не собирался, потому что, во-первых, копье получилось круче, а во-вторых, была надежда, что «Везение» поможет не только с униками и талантами, но и с шансом срабатывания эффектов оружия.
— Меч твой. Себе оставлю копье, — сказал я.
Сергеич явно остался доволен моим выбором. Потрясая над головой «Небесным рассекателем», он закричал:
— Трепещите, гады бездушные, смерть ваша идет!
Глава 23. Отомсти классовому недругу