Возражений ни у кого не нашлось и полковник, шедший первым в списке, подписался напротив своей фамилии. Потом развернул список лицом от себя и назвал следующую по списку фамилию Сергея и жестом пригласил того к подписанию. Сергей встал со своего места, обошел стол и встав лицом к полковнику подписал документ. Закончив с подписанием, Сергей поднял глаза на полковника, тот протягивал ему руку для пожатия. Затем, процедура подписания повторилась с доктором. Потом с «малышами», а потом с каждым бойцом новой армии. Процедура подписания получилась достаточно торжественной и образной. По её окончании, доктор аккуратно собрал листы бумаги с подписанным приказом и убрал в папочку, которую спрятал в свой портфельчик.
Полковник обратился ко всем, теперь уже как командир, как воинский начальник, начавший всё это дело:
– Сейчас отправляемся на обед в свободном порядке. После обеда, накапливаемся на выходе из столовой и идём получать оружие. После, возвращаемся в казарму, располагаемся на новом месте и оснащаем форму соответствующими знаками различия. Вам, Валерий Палыч, надо будет также получить форму на складе.
Полковник сделал паузу, оглядывая своих бойцов и дожидаясь возражений или вопросов. Убедившись, что возражений и вопросов нет, сказал:
– Всех искренне благодарю! Пойдёмте на обед.
Выйдя из ленинской комнаты, «красные» разошлись по своим кубрикам собираться на обед. Попав в свой кубрик доктор, первым делом, протянул полковнику часы:
– Прими в подарок. Скромный жест подхалима! Опять же, командиру без часов нельзя! И вот ещё, держи второй нарукавный знак на бушлат. Теперь-то придётся носить, никуда не денешься!
У доктора дома нашлась пара приличных часов, одни он после отключения мобильной связи и как следствие исключения из ежедневных вещей мобильного телефона, носил сам, а вторые теперь решил подарить товарищу.
На обед в столовую выдвинулись свободным порядком, хотя солдаты срочники привыкшие ходить в столовую строем и сейчас, на выходе из казармы, пытались его организовать и некоторые офицеры уже накапливались рядом, не решаясь встать в общий строй с солдатами. Некоторые офицеры уже проскочили в столовую самостоятельно или прикрывшись женами. Полковник с товарищами выйдя на крыльцо и оценив картину ему представшую, возгласил:
– Товарищи, строем предлагаю передвигаться только находясь при оружии или при выполнении боевых или учебных задач! Без оружия и в свободное от задач время, предлагаю передвигаться свободным порядком!
Все помолчали усваивая новую информацию. А Сергей, взявшись уже комиссарить по настоящему, помог разрядить ситуацию:
– Ну, тогда пошли!
И первый двинулся в сторону столовой, увлекая за собой полковника с доктором и своих мальчишек. За ними потянулись все остальные, получилось хоть и диковато, но солдаты шли с удовольствием наслаждаясь свалившейся на них волей, а офицеры топали, тоже вполне счастливые, лишенные необходимости прямо сейчас становиться по росту в общий строй с рядовыми.
После обеда, у крыльца столовой собралась вся армия, уже в произвольном порядке, тут же толпились их бывшие сослуживцы, все обменивались мнениями. Выйдя на крыльцо полковник увидел прежнее замешательство, на лицах читалось «Строем или нет». Полковник выждал паузу, посмотрел на всех и объявил:
– Двигаемся к ружпарку получать оружие!
И первым двинулся в обозначенную сторону. За ним потянулись все остальные, провожаемые взглядами старых сослуживцев. Мнения у которых разделились, кто-то, видя двигающееся толпой войско даже сплюнул, а у кого-то, наоборот, появилось желание последовать их примеру.
Подойдя к воротам ружпарка и встретив ожидающего их майора и его помощников, полковник развернулся к своему войску и подал команду построиться. Тут, уже все спокойно приняли необходимость построения в общий строй и довольно быстро каждый нашёл своё место. Майор, заведовавший в части складами с оружием, с интересом наблюдал эту картину испытывая двойственные чувства. С одной стороны он был рад, но почему-то ему захотелось заплакать. Разобраться в своих чувствах ему не хватило времени, подошел полковник начавший разворачивать список личного состава и майор сказал не дожидаясь прямого вопроса:
– Получил приказ двадцать три калашникова вам выдать, из них четыре АКСУ для подростков. Остальные девятнадцать можете выбрать, или АК-74, нулёвые с хранения, или АК-74М, новенькие. На каждый ствол даём ремень, подсумок, штык, четыре рожка и принадлежность.
– Почему двадцать три? – спокойно, но с интересом поинтересовался полковник, опережая доктора, готового уже устроить крик обделённого сироты.
– Я так понял, чтобы у каждого из вас было по калашу. У тебя же, уже есть один? – обратился он к полковнику. Тот улыбнулся:
– Есть!
– Ну вот, двадцать четыре бойца, двадцать четыре автомата – идиллия! Так, что брать будете? Или на мой вкус?
На заднем плане доктор тихо выругался и обозвал бывших сослуживцев жлобами.
– А семьдесят четвёртые точно нулёвые? – поинтересовался Сергей видя некоторое замешательство у полковника.
