К ужину вернулись полковник с доктором и пригласили всех присутствующих проследовать в столовую. Вчерашние срочники, млели от такого обращения и от возможности ходить в столовую прогулочным шагом, а не следовать строем. Семейные бойцы, вытребовали себе преференцию, находясь на территории части, ходить в столовую со своими семьями и их не ждали. После ужина, полковник отбыл на узел связи, а доктор с прочими холостяками вернулся в их кубрик в казарме. Вечер в кубрике явно не был томным, доктор это сразу почувствовал. Молодые бойцы были явно напряжены и только Анка спокойно пришивала погоны, теперь на куртку своего зимнего костюма, коммерческого, но тоже в стили милитэри. Потом, она также спокойно выписывала каракули, которыми старалась изобразить старорусскую письменность на красной ленточке, также преподнесённой доктором, а потом пришивала её на околыш своей кепки. Доктор, спокойно валялся на своей кровати, ему единственному из офицеров удавалось это делать спокойно в любое время дня и погружённый в список личного состава, краем глаза наблюдал обстановку в кубрике, пытаясь выяснить в чем причина напряжённости. Вскоре, эта причина ему открылась. Анка закончив с шитьём, спокойно как ни в чём не бывало, скинула шлёпки и сняла брюки своего костюма. Потом встала в полный рост, стянула майку и бросив её на спинку кровати сказала:
– Смотрите, задроты!
Сказав это, девушка очень пластично сделала несколько гимнастических танцевальных движений и закончила их, поперечным шпагатом с раскинутыми в стороны руками. Затем, она упёрла руки в пол и со шпагата вышла в стойку на руках, сведя потом ноги вместе, через стороны вверх. Потом, из стойки на руках, девушка грациозно встала на ноги и закончила упражнение классической для гимнасток стойкой – одна нога позади, грудь выдвинута вперёд, а руки подняты в верх.
Доктор был счастлив, что перед лицом держал несколько листков бумаги. Даже на него выступление девушки и её вид, произвели чрезвычайно сильное впечатление и сейчас, он совсем скрылся за своими бумажками, всем видом показывая, «Я ничего не видел и я не задрот!». На молодых мужчин этот показ произвёл ошеломительное действие. Опять были открытые рты, опять в горле стоял ком, опять у Ивана вырвалось восторженное:
– Блядь!
– Мальчик, я тебе уже говорила, что подобное выражение, ко мне применять не следует.
Анка проговорила это спокойно, надевая банный халат и собирая мыльные принадлежности, но ей пришлось отвернуться, чтобы скрыть на лице торжество.
– Простите! Это я не про Вас, это я про ситуацию! – сглотнув комок проговорил Иван, в этот раз, довольно быстро справившийся со своими чувствами.
Анка спокойно пошла в умывальник, а молодёжь с ошарашенным видом повернулась к доктору. Тот, лежал на кровати, увлечённо копошась в своих листках с совершенно безразличным видом, который уже успел принять:
– А комиссар вам говорил, «Занимайтесь! Отжимайтесь!», вот, если бы занимались, вам было бы чем ответить в такой ситуации. А так, что скажешь, права Анька – задроты!
Доктор изрек поучительную фразу менторским тоном и снова занялся листочками, а молодые люди начали чесать «тыковку» и затравленно поглядывать друг на друга. Но, Иван был хоть и молод, но с большими задатками. Он скинул китель, схватил своё полотенце и устремился в умывальник. Анка уже вышла из туалета и встав на душевой поддон закрылась шторкой, потом сняла халат и из-за шторки повесила его на специально прибитый в этом месте крючок, на который перед этим повесила полотенце. Иван млел, наблюдая через чуть прозрачную завесу контуры девичьего тела. Открыв воду, он умылся и начал чистить зубы. Скоро Анка выключила воду, из-за занавеси показалась её рука взявшая полотенце и вскоре она сама вышла к умывальнику уже в халате. Встав напротив Ивана, девушка начала чистить зубы, разглядывая своего визави. Иван, с самым значимым видом какой смог на себя напустить, обратился к девушке:
– Анка, если ты за установку кровати показала грудь, то, что ты запросишь за потрогать тебя?
Анка не спешила с ответом и разглядывала бойца, чистя при этом зубы.
– Понравилась? – спросила она буднично.
Иван закивал и почувствовал, как в горле опять образуется ком.
– Сильно хочется? – продолжала Анка вгонять парня в краску.
Иван почти отчаялся, но собрав весь свой героизм снова кивнул, говорить он был уже не в силах.
– Хорошо, вернёмся в кубрик, потрогаешь. Возьми с собой товарища и если мне понравится, разойдёмся ровно, никто никому будет не должен.
После этих слов, Иван пулей вылетел из умывальника и рванул на улицу, не веря своему счастью. Умывшись снегом и отдышавшись, он посмотрел на небо покрытое звёздами, вдохнул свежий морозный воздух наполненный сосновым ароматом и счастливый отправился в свой кубрик. Там он сразу подтянул товарища и зашептал ему в ухо:
– Ты со мной, Анку трогать?
