Но в то же время он был с ней рядом.
И не только он один.
Она вздохнула несколько громче, чем ожидала, и это привлекло внимание некоторых из сидевших неподалеку мам. Она не смотрела на них и радовалась, что на глазах у нее темные очки, которые скрывают подступившие слезы.
Но самое главное, что она ни на шаг не приблизилась к принятию решения.
Она встала. Детские крики начали раздражать ее, мешали думать. Они отвлекают, не давая принять решение, сказала она себе. Ей нужно было уйти отсюда, нужно было двигаться. Найти какое-нибудь укромное, тихое место. И спокойное.
Марина повернулась и пошла в сторону собора. Уж там-то будет тихо.
О да, он всегда находится позади нее. Ждет, чтобы наброситься. Или подползти поближе, чтобы напугать. И Фил здесь не поможет. Она была убеждена, что в этом Фил не сможет ей помочь.
На то Рождество они с Филом пошли на праздничное представление в этот георгианский театр. Держались за руки, смеялись и даже пели. Фил поглядывал на другие семейные пары, постоянно прикладывал руку к ее большому животу и все время улыбался. Их переполняла надежда и уверенность. Все их мысли были заняты будущим.
Кажется, что это все было так давно. И на расстоянии целого мира отсюда.
Потом у них в гостинице был рождественский ужин. Тогда официант рассказал им, что в этой гостинице останавливалась сама Анджелина Джоли, когда у нее были съемки неподалеку. Но ела она только салат латук и отварную курятину, сказал он. Они тогда рассмеялись и дружно посмотрели на Маринин живот. И заявили, что ей ничего подобное не грозит.
Она подошла к воротам собора. Не переставая думать.
Откладывая свое решение.
Все время чувствуя присутствие Фила рядом.
И зная, что кое-кто другой тоже здесь.
Роза Мартин ненавидела эти библиотечные лифты. Они были полностью открыты и постоянно в движении. А между ними и полом этажа была такая большая щель, что через нее можно было посмотреть вниз. И даже провалиться ногой.
Она набрала побольше воздуха и, проклиная всех, кто выдумал эти лифты, а также разрешил их устанавливать, шагнула в кабину.
Она отправилась на поиски Марка Тернера. Сначала она зашла к нему на кафедру, предъявила шокированному администратору свое служебное удостоверение, а потом долго успокаивала ее, уверяя, что всего лишь хотела задать Марку Тернеру пару вопросов насчет его бывшей подруги и что это никоим образом не связано с университетом. А когда выяснила, где он находится, попросила о ее визите никому не рассказывать.
Марк Тернер сидел в библиотеке. Это было громадное угловатое здание, сооруженное из бетонных плит и стеклянных панелей, которое, вероятно, воплощало собой будущее, когда строилось. Теперь же оно выглядело просто грязным и угрюмым, особенно по сравнению с абсолютно новым лекционным залом, который выиграл какую-то награду по архитектуре и выглядел воплощением будущего уже сегодня, если в будущем дома будут строить круглыми и из чего-то, похожего на оловянную фольгу или станиоль.
В конце концов она нашла его на третьем этаже. Он сидел в зале, откуда открывался вид на озеро. Стол был уставлен стопками книг, перед ним стоял открытый ноутбук. Она незаметно показала сидевшей рядом с Марком студентке свое удостоверение и кивком головы попросила ее уйти. Повторять не потребовалось, та тут же торопливо скрылась. Роза села на освободившийся стул и, наклонившись в сторону Тернера, слегка похлопала его по плечу.
– Хорошая книга?
Он подскочил на месте, ошарашенно глядя на нее широко открытыми глазами, и она заметила у него в ушах белые наушники от iPod. Роза не стала гадать, что именно он слушает, но, судя по его поношенной одежде и тому, как он вел себя накануне вечером, вряд ли это было что-то стильное.
Он снял наушники, из которых просачивались едва слышные звуки, выключил плеер и посмотрел на нее. В глазах его боролись за первенство страх и негодование.
– Что вам еще нужно?
– Тише, – сказала Роза, – мы ведь все-таки в библиотеке.
Он быстро огляделся по сторонам, убедился, что за ними никто не наблюдает, и наклонился к ней.
– Вы что, следите за мной? Это… это нарушение моих прав, сами знаете.
Роза приподняла бровь.
– Я мог бы… мог бы… привлечь вас за это. И вы лишитесь работы.
– Такие вещи могут пройти с врачами, но не с офицером полиции, – сказала она с покровительственной улыбкой.
– Так что же вы хотите?
Голос его звучал уже обреченно: смириться с неминуемой болью и покончить с этим как можно быстрее.
– Я хочу поговорить с вами о том же, что и вчера, Марк. Сюзанна… Читали сегодняшние газеты? А может, смотрели новости?
Он покачал головой, не очень понимая, куда она клонит.
– Она исчезла. Ее подруга была убита, а сама она пропала.
Он замер.
– Боже мой…
Роза ждала.
– Это… это сделала она?
– Что?
– Ну, Сюзанна. Это она убила свою подругу?
– В том состоянии, в котором она была? Очень сомневаюсь. Нет. Она пропала. Кто-то вломился в дом, убил ее подругу Зою…
– Зоя… Боже мой…
