— Послушай, Мира. Мне нужно, чтобы ты поверила, что я не пытался выбить тебя из колеи запахом крови. Я не думал, что ты сможешь это почувствовать. Это не было манипуляцией.
— Я знаю, — её тело слегка сжалось, как будто это напоминание стало ударом под дых. Кир этого не хотел. Затем она решительно выпрямилась. — Как я уже сказала, я перешла все границы. Я удовлетворила свои потребности в питании. Этого больше не повторится.
Может, дело в том, что он в целом чувствовал себя хреново, но эти новости его угнетали.
— Ладно.
— Мне было приятно познакомиться с тобой, и я надеюсь, что мы сможем и дальше налаживать наши отношения.
Боже, он ненавидел то, как сухо она это произнесла.
— Можно уже закончить этот разговор?
— Я вижу, ты всё ещё расстроен.
— Нет. Просто пытаюсь не упасть в обморок, — это было не совсем правдой, но в тот момент Кир был готов на все, чтобы закончить этот разговор.
Она поморщилась.
— Мне не следовало тебя задерживать. Прости. Мы поговорим позже.
— Я уверен, что так и будет.
— Спокойной ночи, Кир.
— Ага.
Не желая смотреть ей вслед, Кир направился по коридору. Он услышал, как её каблучки застучали по кафельному полу. Лифт издал сигнал.
Когда Кир вошёл в смотровую, Джонус оторвал взгляд от шприца, который он набирал. Губы доктора были поджаты в тонкую линию.
— Не хочешь рассказать мне, почему я не видел тебя прошлой ночью после того, как это случилось?
Кир сбросил куртку, стараясь не морщиться от боли, пронзившей рану при движении. Когда он бросил куртку на стул, его охватила сильная дрожь от внезапного воздействия холодного воздуха.
— Я был занят. И Нокс позаботился об этом.
— Мне нужно объяснять тебе разницу между медицинским работником и парнем, готовым засунуть щипцы в рану?
— Нет.
— Рад это слышать. Снимай футболку.
На этот раз, готовый к боли, Кир собрался с духом и, схватив подол футболки, стянул её через голову. В целом, Джонус ему нравился. Доктор был расторопным, хорошо справлялся со своей работой и редко суетился…
— Да ёб твою мать, Кир.
Кир опустил взгляд. Кровь, просачивающаяся сквозь повязку, не вызывала особого беспокойства, но синяк, который проступал из-под повязки, был… нехорошим. Его кожа покрылась мурашками от холода.
— Ты понимаешь, что это внутреннее кровотечение? — в словах доктора была нехарактерная для него злость.
— Раньше такого не было, — Кир бросил футболку поверх куртки. Он был не в настроении для этого.
Джонус сердито посмотрел на него, достал из коробки пару перчаток для осмотра и надел их.
— Залезай на чёртов стол.
— Мы можем выключить этот грёбаный свет? — яркий свет люминесцентных ламп пронзал его мозг, вызывая приступы тошноты. Он не хотел, чтобы его снова вырвало.
— Мне нужно освещение. Затаскивай свою задницу на стол.
Готовый покончить с этим — и начиная чувствовать, что лечь, возможно, было бы хорошей идеей — Кир взобрался на смотровой стол.
Возможно, дело в боли, пронзившей его внутренности во время этого манёвра. Возможно, дело в чёртовых лампах. Как бы то ни было, он перекатился на бок, и его вырвало.
Джонус, по-видимому, был готов к этому, потому что оказался рядом, положив руку на плечо Кира, чтобы тот не свалился со стола и не расквасил свою рожу об пол.
Когда Кир перевернулся на спину, дрожа как в аду, Джонус спросил:
— Когда ты ел в последний раз?
— Я не знаю, бл*дь.
— Прошло уже больше двенадцати часов?
— Да.
— Кровь?
— Прошлой ночью. А что?
Не отвечая, Джонус осторожно снял окровавленную повязку. Его пальцы легко прошлись по месту раны и синяку на животе.
Губы доктора поджались.
— Ты же знаешь, что так делать не надо.
— Это бы зажило само по себе, — в конечном счёте.
— Если бы кто-то из твоих парней выкинул такое дерьмо, ты бы надрал им задницы за это, и ты это знаешь.
— Это моя работа — надирать им задницы.
Джонус обошёл вокруг смотрового стола.
— А что насчёт тебя? Кто должен тебя отчитывать за такую глупость?
— Я знаю, с чем могу справиться, а с чем нет. Ты закончил меня отчитывать?
— Если бы агент Дженсен не позвонила мне…
— Я, чёрт возьми, не хочу о ней говорить.
Хотя Кир и не смотрел на Джонуса, он заметил, что тот сделал паузу. Затем, в блаженной тишине, доктор продолжил свою работу.
Он повернул левую руку Кира, чтобы осмотреть исчезающие синяки на предплечье, затем ощупал рану от укуса, которая уже зажила бы, если бы тело Кира не было занято более серьёзными проблемами.
— Во сколько это произошло?
Кир уставился в потолок, хотя свет резал ему глаза.
— Может быть, час назад.
Джонус вернулся к другой стороне смотрового стола. Он протёр спиртом сгиб локтя Кира, затем взял с подноса наполненный шприц. Не теряя ни секунды, Джонус приподнял руку Кира, ввёл иглу и нажал на поршень. Он прикрыл место укола ватным тампоном, вытащил иглу и положил её обратно на поднос.
— Джонус, что…
Всё ещё прижимая ватный тампон к месту инъекции, врач сказал:
— Тебе предстоит операция.
— Чёрта с два!
