— Мы ходили в художественную галерею, — сказал Маркус. — Я подумал, что это скучно, но…
— Меня это не волнует. Расскажи мне об Ане.
— Она очень красивая.
— О, я знаю, — бойфренд Маркуса сидел, облокотившись на стол, свесив левую ногу, а правую уперев в пол. У него были красивые туфли. Он щёлкнул пальцами перед лицом Маркуса, чтобы привлечь его внимание.
— Она очень высокая, почти такого же роста, как я, — продолжал Маркус. — Белое вино она предпочитает красному, но к стейку выпьет пино нуар. Она увлекается современным искусством, но мне больше нравится фотография. Я притворился, что мне это интересно…
— Не обращай на это внимания. Расскажи мне побольше об Ане.
— Ей нравятся быстрые машины, большие шарфы и девчачьи фильмы. Она говорит, что я ей нравлюсь. Это… хорошо? Я имею в виду… ты доволен? Я так боялся, что ты будешь…
— Она тебе доверяет?
Маркус чуть не рассмеялся.
— Конечно. А почему бы и нет?
— Она разрешает тебе подвозить её куда-нибудь?
— Она разрешила вчера вечером.
Его бойфренд скрестил руки на груди и барабанил пальцами одной руки по локтю другой.
— А она позволила бы тебе привезти её сюда, если бы ты сказал, что это сюрприз?
— Думаю, да. Ты не сердишься? Я так волновался. Когда я говорил о тебе с агентом Дженсен…
— Что? — глаза его бойфренда вспыхнули красным, как огонь, и форма его рта изменилась.
— Эм… — сердце Маркуса учащённо забилось.
Его бойфренд отвернулся и закрыл глаза. Когда он снова посмотрел на Маркуса, всё стало как обычно. Всё было хорошо.
Его парень любил его, и это самое главное.
— Ты сказал, что поговорил с кем-то, — продолжил его бойфренд.
— Да?
— С кем ты разговаривал?
— Я… я разговаривал с агентом Дженсен? Мира Дженсен? Она что-то типа психотерапевта? Я так думаю? Знаю, это глупо, но… Я был напуган. До сих пор я не мог вспомнить об Ане. Разве это не странно? Я боялся, что ты расстроишься из-за Аны…
— Я не расстроен из-за Аны. Расскажи мне об агенте Дженсен.
— Она новенькая. Кажется, пробуждённый вампир.
— О, правда?
Маркус предположил это по её имени. Может, ему не стоило предполагать?
— Я так думаю. Она очень красивая. Я думаю, она бы тебе понравилась.
Глаза его бойфренда сузились.
— И ты рассказал ей обо мне?
— Немного. Просто… Ну, в тот момент я был сбит с толку. Насчёт Аны?
— Ты упоминал Ану? По имени?
— Я… не могу вспомнить. Я так не думаю?
Его бойфренд сжал челюсти.
— Но ты не уверен?
Маркус закрыл лицо руками, пребывая в ужасе от того, что его бойфренд разочаровался в нём. Он мог сказать наверняка.
— Прости.
— Всё… хорошо, Маркус. Я прощаю тебя. Я всё улажу, но сегодня вечером ты должен сделать для меня две вещи.
— Всё, что угодно, — Маркус переплёл пальцы. У него появился шанс быть прощённым.
— Во-первых, мне нужен… домашний адрес этого агента Дженсен. Если ты не помнишь, что ты ей сказал, мне придётся спросить её саму. Ты можешь предоставить мне эту информацию? Её адрес?
— Конечно, могу. Ты же знаешь, что у меня есть доступ ко всему этому.
— Хороший мальчик. Ты так хорошо справляешься со своей работой.
Маркус просиял.
— Теперь мне нужно, чтобы ты удивил красавицу Ану свиданием. Скажи ей, что это тайное свидание. Она не должна знать, куда идёт, и никому не может сказать. Тебе не кажется, что это будет весело?
— О, да. Ей это понравится. Но…
— В чём дело, Маркус?
— Мне нравится Ана, но я не люблю общаться с женщинами. Мне жаль.
— Я чувствую то же самое.
Это обрадовало Маркуса.
Его бойфренд продолжил:
— Но они такие красивые на плёнке. Камера любит женщин. Их лица. Их ракурсы. Тебе так не кажется?
— О, да, — согласился Маркус. Он всегда соглашался со своим бойфрендом.
— А теперь возвращайся к работе и найди мне адрес Миры Дженсен.
— Да, — кивнул Маркус. — Конечно.
— И ни с кем больше не разговаривай.
Маркус решительно покачал головой.
— Я не буду. Обещаю.
— Хороший мальчик. А теперь убирайся к чёрту из моего дома.
Глава 19
Поднимаясь на лифте на третий этаж Коридел Плейс, Мира пыталась мысленно подготовиться к пробежке. Она не особенно любила бегать, потому что это было скучно. Она предпочла бы заняться чем-нибудь более интересным, например, боксом. В течение многих лет она испытывала искушение вернуться к этому занятию, но так и не смогла решиться.
Рядом с домом, где она жила, был тренажёрный зал, что являлось одной из причин, по которой она выбрала это место, но она не хотела взаимодействовать с людьми настолько, чтобы оформить абонемент, по крайней мере, не сегодня.
Тогда будет пробежка. Ей нужно что-то сделать, чтобы успокоиться. Ей хотелось…
Ей хотелось поговорить со своей мамой.
Глупо, конечно, потому что, даже если бы её родители были живы, она никогда не смогла бы поговорить с ними о своей нынешней дилемме. Их жизни были полностью человеческими.
Тот факт, что они никогда не знали о скрытой натуре своей приёмной дочери, был своего рода благословением. Ей никогда не приходилось скрывать это от них. Ей никогда не приходилось мучиться из-за того, стоит ли рассказывать им. Ей никогда не приходилось задумываться, будут ли они бояться её, отвергать или даже жалеть, что впустили её в свою жизнь.
