Через некоторое время он переключился на другую ногу. Как бы ей ни нравился этот процесс, она знала, что он просто ищет себе занятие. Она приподнялась, чтобы лучше его видеть, но освещение падало на него со спины, и его лицо оставалось в тени. Её нога лежала в его руках.
Кир помял подушечку её стопы.
— Я имел в виду то, что сказал ранее. Я хочу, чтобы ты научилась питаться от меня. С удовольствием.
Ощущения в ступне мешали сосредоточиться. Единственным, что пришло ей в голову, было:
— Сейчас?
— Сейчас самое подходящее время. Ты недавно кормилась. Сексуальное напряжение удовлетворено.
Он говорил серьёзно.
Всего несколько секунд назад Мира жаждала ощутить его вкус, но теперь, когда ей представилась реальная возможность…
— Я не знаю. Я много взяла у тебя прошлой ночью. И ты всё ещё не…
— Если ты не хочешь прямо сейчас, это нормально, но не используй ерунду в качестве оправдания.
Кир был прав насчёт того, что это оправдание, но это не меняло сути.
— Это не чушь собачья, и ты это знаешь. Ты не восстановился, — она слышала, как он стонал от боли. Швы, может, и сняли, но рана была серьёзной и всё ещё заживала внутри.
Кир издал раздражённый звук.
— Я не хочу затевать спор.
— Я тоже.
Он продолжал массировать её ногу. Это невольно расслабляло её. Мира откинулась назад, опираясь на вытянутые руки. Свет подсвечивал своего рода «корону» из его тёмных волос на макушке. Мира и раньше замечала, как хорошо подстрижены его волосы, как причёска идеально подходит к его волевому лицу.
Внезапно её осенило, и она спросила:
— Ты тщеславен в отношении своих волос?
— Да, — признался Кир. В ответ на её улыбку он приподнял бровь. — Это тебя забавляет?
— И доставляет мне удовольствие. В чём ещё ты тщеславен?
Он поднёс её ступню ко рту и слегка прикусил большой палец, отчего она пискнула и дёрнулась. Он продолжал держать её за ступню, посмеиваясь.
— Ты ждёшь, что я выдам все свои секреты?
Вопрос был шутливым, но он заставил Миру кое-что понять: Кир почти ничего не рассказал ей о себе.
— А в чем тщеславна ты? — спросил он.
— Неужели ты не можешь догадаться?
— В своей одежде. У тебя безупречный вкус, — он поцеловал чувствительный изгиб её ступни. Взвизгнув, она рефлекторно выдернула ногу из его хватки.
— Ты очень боишься щекотки, — заметил он с явным — и порочным — удовольствием.
Не желая, чтобы Кир заострял на этом внимание, что, несомненно, было правдой, Мира уточнила:
— Безупречный вкус?
— В том числе и в нижнем белье.
— Тебе понравилось, да?
— Угу, — он снова потянулся к её ноге, но она отодвинула её. — Я не собирался тебя щекотать.
— Не собирался?
— О нет, чёрт возьми. Ты этого ожидаешь. Я застану тебя врасплох попозже.
Она рассмеялась. Даже без света, падавшего прямо на его лицо, она могла разглядеть намёк на улыбку.
— Да, — импульсивно ответила она.
— Что да?
— Я хочу…
Хотя она и не могла выговорить ни слова, Кир явно понял её. Язык его тела стал более решительным, он придвинулся ближе, просунув свои ноги под её. Мира почувствовала лёгкое щекотание его волосков.
— Иди сюда, — его голос был низким и грубым.
Мира придвинулась к нему, и её взгляд сам по себе опустился ниже. Он был твёрдым. От вида его возбуждения у неё потекли слюнки, а её лоно затрепетало. Её десны покалывало от удлинившихся клыков. Кир позволял ей немного прикасаться к нему, но она хотела по-настоящему изучить его, каждый дюйм этой самой интимной части его тела. От этой мысли ей стало больно.
Кир усадил её на свои бёдра, притягивая к себе. Его напряжённый член оказался зажат между ними, её клитор восхитительно прижимался к нижней части. Мира обхватила его ногами за спину, прильнув к нему всем телом. Кир держал одну руку на её заднице, а другой поддерживал её спину. Его дыхание было прерывистым.
— Пообещай мне кое-что, — сказала она, задыхаясь, едва в состоянии сосредоточиться на этом важном моменте.
— Что?
— Ты остановишь меня. Пока не стало слишком поздно.
Его нерешительность подсказала ей, что ему это не понравилось, но он сказал:
— Я обещаю, Мира.
Облегчение прогнало её напряжение.
Кир слегка наклонил голову вбок, обнажая пульсирующую вену. Мира медленно наклонилась, но в последний момент её снова охватили сомнения и страх.
— Всё в порядке, — пробормотал он. — Не торопись. Просто лизни меня, если хочешь. Или понюхай. Всё, что тебе нравится.
Его слова успокоили её. Всё происходило в её темпе, на её условиях.
Обвив Кира руками, Мира уткнулась лицом ему в шею. Она вдохнула его тёмный, насыщенный аромат. Его кожа была тёплой, более нежной вдоль яремной вены. Когда она прижалась кончиком языка к его горлу, он втянул воздух, и его член дёрнулся под ней.
Тот факт, что он хотел этого, делал всё намного проще. Это было подобно… разрешению наслаждаться этим. Мира уткнулась носом ему в подбородок. Она чувствовала, как его грудь прижимается к её груди. Его пульс участился.
Соблазнённая ощущением его тела, его твёрдого члена, его пульсирующей вены, она вонзила клыки в его шею. Она застонала, почувствовав, как густая кровь хлынула ей в рот.
Почему он такой приятный на вкус?
