Танец, в который она его втянула, быстро закончился — а жаль! Он был такой активный, бодрый, а тут на смену пришел какой-то медляк, унылый, как мамины пьесы (нет, среди них встречались и более яркие, страстные — но нечасто!). Немор привлек Софию к себе, положил одну руку на талию — тело отозвалось на прикосновение очень странным подрагиванием, будто пальцы парня дотронулись до каких-то заповедных струн. И медленный танец вдруг оказался не таким уж испытанием для резвой девушки. Надо же, она никогда не понимала прелести этих неспешных притаптываний почти на месте и в обнимочку, а тут ей вдруг понравилось. Приятно было и бережное объятие, вполне деликатное и целомудренное, и легкое дыхание парня, овевавшее щеку, и сжимающие руку тонкие трепетные пальцы. Ммм, какие у Немора красивые руки! А какой завораживающий взгляд!
— Хочешь сказку? — спросил Немор, чуть растягивая гласные, словно ему было немного лень говорить.
— Я вроде уже не маленькая, чтобы мне сказки рассказывали, — тихо ответила София, очарованная и голосом, и красотой вампира.
Ее слова вызвали у Немора приступ смеха. А отсмеявшись, он начал:
— Ты поломала мою заготовку, детка! Ну ничего, я все равно расскажу. Когда-то давно на планете Вимея появились люди. А среди людей — те, кого назвали выродками. Они владели величайшей силой, до которой многим вимеянам было — как маленькому камешку до горы Атхор. Но за свою силу им пришлось платить. Они были вынуждены питаться кровью людей. Но именно они по-настоящему хранили этот мир. И хотя они не умирали, но не были поистине вечными. С тысячелетиями они старели и разрушались, словно скалы под солнцем, водой и ветром. Когда первый из Древних собрался уходить, он обратил свою мудрость в сторону своих детей, пьющих кровь, и понял, что их род мельчает. Для того, чтобы его восстановить, был нужен новый Древний, плоть от плоти и кровь от крови. Тогда он выбрал избранницу, зачал с нею дитя и вырастил нового древнего, а сам постепенно рассыпался в прах.
София слушала рассеянно. Она примерно и так знала эти истории — редко какой вампир совсем ничего не ведает о том, как произошел этот род. Неприятно только было узнать, что по сей день их кто-то может называть «выродками» — пусть это и говорит такой же вампир, как она сама.
— Так и продолжалось век от века. Но по-прежнему кое-что оставалось незыблемым: четыре Древних, что хранили мир. Когда следующий из них провидел, что ему через какое-то время придется рассыпаться в прах, у него уже было двое детей. Дочь его, полная коварства, была истинной демоницей обмана, и ей он не мог доверить свое великое дело. А сыну никак не улыбалась удача. Его избранница, назначенная ему Древним для продолжения рода, создала семью с другим. А самого этого наследника отравили кровью мертвеца и заточили в чернокаменном склепе на долгие годы. Он лежал там, не в силах пошевелиться, и порой впадал в забытье, но дивный лик его избранницы виделся ему так четко, словно путеводная звезда, и не давал сойти с ума. Восемнадцать лет он страдал, будучи пленником в тесном саркофаге, не видя никого и не слыша ничего, и лишь любовь к красавице и надежда на воссоединение с нею держала его разум в сохранности.
— Мне кажется, я знаю эту историю, — сказала София, стараясь, чтобы голос ее не дрожал. — Я ее слышала, нет, точно! Этот подлец похитил маму и хотел насильно сделать с нею ребенка!
— Вот как тебе это рассказывали, детка? — спросил Немор, чуть крепче прижимая девушку к себе. — Тебе не сказали, что сын Древнего ни словом и ни делом не обижал ее, привел к себе в дом как невесту, готов был ее боготворить? И даже обещал отпустить, когда она подарит ему наследника, отпустить к тому, кого, как она тогда считала, любит больше? Он никогда ее не обижал, избавил от мерзкого примитивного ухажера, выдернул из смертельной опасности — охоты на вампиров — и был готов разделить со своей избранницей всю силу, что получил бы от отца!
София уперлась кулаками в грудь Немора. Да какого там… Ромен, его звали Ромен, вот как! И это именно из-за него так сходила с ума от страха ее мамуля?! Да папа его прихлопнет как муху! Только бы он явился. Девушка вдруг подумала, что это ведь на самом деле хорошо — знать, что он уже едет сюда. Вот не надо было сердиться на маму за излишнюю заботу!
— Ты слышала только ту историю, что хотели тебе вложить в голову твои родители, детка. А я говорю тебе правду, — нежно и ласково сказал ей вампир, не делая попыток удержать девушку.
А раз не пытался удержать — то и бежать вроде бы было незачем. Пара распалась, но не разошлась в разные стороны. София лишь отвела Немора-Ромена в сторону от других танцующих. Мало ли, что выкинет негодяй. Мама рассказывала о нем как о совершенно бессовестном и беспринципном вампире. Вдруг испортит Софии отношения с одногруппниками?
— И ты что же, пришел, чтобы с моей помощью вернуть мою маму? — спросила она. — Ну так и шел бы к ней сразу, разбирался бы с нею и отцом!
