Когда тихонько начинают бить каминные часы, еще не хочется открывать глаза, с периферии сознания выползает эта гаденькая мысль, что мы теперь не лучшие игроки, что нас можно почти что выгнать, как тех служащих кафе, превратить в бледные безвластные тени. Так уже поступили с брокерами. Поблизости шевелится и ответ — надо быстрее работать, иначе нас сметут: какие-нибудь идиоты заиграются с ИИ, и мы просто станем ему не нужны, вернее, не всегда нужны, как борзые собаки требуются охотнику только на праздниках.
— Вы уже не спите? — Чего ему надо, ах да, я же сам требовал.
— Не сплю.
— Вы желали решить сегодня некоторые финансовые вопросы? — Глотка у лакея достаточно гибкая, есть даже подобие голосовых связок, но когда он слишком широко открывает пасть — видно черное небо, собачий язык, и трудно понять, как он может членораздельно болтать. Достаточно смешно, хотя постоянно забываю об этом и каждый раз несколько секунд недоумения обеспечены.
— Да. Ставь сюда. — Раскрытый ноутбук опускается на столик и демонстрирует состояние моих финансов.
Печалиться поводов вроде нет, но и особенно радоваться тоже. Я остаюсь государственным служащим, бизнесом заниматься по-прежнему не могу. Зарплата капает очень приличная, тактические расходы опасений не внушают. Вот только живу я в государственном домике, и если попрут меня, то сбережений еле хватит на подобную хатку. И даже на нее скопить не удалось бы, отсеки меня от доли в разрабатываемых проектах. Кто допускает обычного служащего к доле в прибылях? Но капитализм принимает у нас порою головокружительные формы: работаем мы на государство, оно нам и оборудование, и охрану. Зарплату только слишком высокую платить надо, чтобы работники не разлетелись с секретами в клювиках, а на это всегда скупятся. Вот денежку от прибыли трудовой коллектив получает и делит между собой. При нужде нам бы и официально могли бы такие деньги платить или гайки позавинчивали бы совсем, сделали из института шарашку, — тогда сидели бы мы на обычных ставках. Но здесь нас в который раз выручает внешнее давление — чтобы сам дьявол не мог разобраться, частная у нас лавочка или государственная, и тем иск родной стране учинить, приходится господам чиновникам в народный капитализм играть.
Деньги, если их не вкладывать, имеют нехорошее свойство таять, поэтому сейчас меня интересовала покупка участка земли. Небольшого, с полгектара, туда должна ухнуть треть моих сбережений. Под пальцами щелкают клавиши, и вот передо мной клочок площади Земли. Достаточно далеко от города и разных промышленных объектов, но коммуникации подведены. Поблизости уже сделали покупки еще три десятка человек из института.
Я верчу карту, просматриваю дополнительные данные, но внутренне уже согласен с покупкой. Сколько до этого думал над ней, сколько взвешивал все «за» и «против». Это неизбежно — необходимо обзаводиться атрибутами
— Да, я подтверждаю покупку участка, выводи бланки.
— Вот они. — На экране загораются стандартные формы договора о купле земли. Расписываюсь, ставлю отпечаток пальца, ввожу код. На самом деле это довольно безопасная процедура: меня прикрывают юристы института. Покупай я такой участок как абсолютно частное лицо у совершенно непроверенной фирмы — необходимо было бы личное присутствие, документы на бумаге, живой нотариус и вообще все, что помогает уйти от информационного мошенничества. Сейчас это проще.
— Павел Иванович Круглецов? — Половинка дисплея отразила лицо дежурного юриста.
— Да, это я.
— Вами совершена покупка земельного участка следующих параметров? — На двух половинках экрана вижу два одинаковых ряда цифр. Вот это надо просматривать внимательно — если будет ошибка, доказать что-нибудь кому-нибудь будет очень трудно.
— Именно так.
— Два часа назад введены новые меры безопасности. Завтра к вам подойдет человек из юридического отдела и удостоверит сделку. Это не повлияет на скорость ее оформления. Приносим извинения за неудобства. — Половинка экрана становится матовой.
Безопасники чухаться не стали, быстро сработали. Теперь жди напряжения штатов — будут стараться побольше слов лично проверить. А, ладно, черт с ними, с этими мерами, привыкнем, да и правда надо остерегаться (в левый висок стальным буравчиком ввинчивается идея, не новая, правда, оттаявшая, — в корпуса надо ставить испарительное охлаждение, ergo, завтра первым делом откопать данные по хладагентам).
— Также требуется подтверждение вами очередных недельных расходов, — енот вежлив, но своего не упустит, — прошу ознакомиться.
— Так, что у нас здесь? — Цифры стоимости электроэнергии, еды, запчастей. Крупных покупок я не делал, сумма привычных размеров. — Подтверждаю. Больше вопросов нет?
— Не имеется.
— Свободен.
Лакей попятился к двери, и вот его уже нет. У меня остается часа четыре бодрого времени, если я хочу завтра исправно шевелить мозгами. Может, немного дольше. Чем бы занять эти самые мозги?
