— Я разбужу тебя в половине восьмого. Ты успеешь собраться и приехать на ферму сразу, как дети позавтракают.
— Ни местечка, которое бы он не поцеловал. — Грейс словно со стороны взглянула на себя. — И у него ни местечка, которое бы я не поцеловала. А теперь все кончено. — Она повернулась к Кони: — Ты, наверное, думаешь, что все кончилось и без того. Но это не так. Он не мог бы жить без меня. И самое плохое в том, что сейчас я это понимаю, а еще вчера ни за что бы не признала. Он вернулся бы, как только понял, что я по-прежнему ему жена. Скажу дочери, что если ее потянет на сторону, пусть это лучше будет в начале семейной жизни. Раньше мне это никогда не приходило в голову, но теперь вижу, что когда давно замужем, залатать дыру труднее.
— Нам никогда не приходило в голову, что браки вообще нуждаются в залатывании дыр, — сказала Конни.
— Я знаю, что бы Сидни сказал на этот счет, — вздохнула Грейс.
— Да ничего они не знают, — сказал Брок. — Единственное, что я им сказал, так это что ты будешь с минуты на минуту. Они спрашивали меня о Сидни, но я ответил, что ты сама все скажешь.
— Спасибо. — Грейс вошла в дом. Дети еще не встали из-за стола. — Доброе утро, дети.
— Как там папа? — спросила Анна. Мальчики предоставили ей право задавать вопросы.
— Ему очень плохо. Доедайте свой завтрак и идите в гостиную. Нам надо поговорить.
— Мы доели, — сказал Билли.
Грейс посмотрела на их тарелки и чашки:
— Не совсем, но ладно, не важно. Пошли.
Дети проследовали за ней в гостиную.
— Садитесь, кто где хочет. Да, Альфред, закрой дверь, пожалуйста. — Мальчик повиновался и сел рядом с другими, перед матерью. — Мне не хотелось говорить об этом в столовой, — начала Грейс. — Чтобы никто из посторонних не услышал. Сейчас мы все вместе, все четверо. Альфред, Анна, Билли и мама. А папы больше с нами нет. Он ушел этой ночью.
— Ушел. Умер? — спросил Билли.
— Да. — Анна обняла младшего брата за плечи, но он сбросил ее руку. Альфред подался к матери, положил ей руку на плечо, она тесно прижала его к себе и поцеловала в щеку. Затем подошли и остальные, тоже поцеловали, но Билли тут же вернулся на диван и пристально посмотрел на мать.
— От чего он умер? — спросил Альфред.
— Сядьте, родные, я сейчас вам все расскажу, — проговорила Грейс. — Помните, в прошлом году закрылись школы и многие заболели и умерли?
— Я помню, — откликнулся Альфред. — Детский паралич.
— Ты просто не дал мне сказать, — бросила Анна.
— Ну вот. А помните, что тогда болели не только дети, но и кое-кто из взрослых? — продолжала Грейс.
— Да, и еще говорили, что взрослые заразились от детей, потому что это детская болезнь и она передается от детей к взрослым, — сказала Анна.
— Верно, — кивнула Грейс. — Только, по-моему, это не так. Любой может заболеть этой болезнью, и взрослый, и ребенок.
— А почему папа заболел? — спросил Билли.
— Не знаю, — покачала головой Грейс. — И никто не знает. Доктора не знают. Некоторые выздоравливают, некоторые нет.
— В школе Джонни Борденер болел, но выздоровел, только вот говорит он теперь как-то не так. Точно у него мокрота в горле, — сказал Альфред.
— А что папа делал, когда умер? — спросил Билли.
— Он спал, а потом просто перестал дышать, — ответила Грейс.
— И ничего не велел тебе передать нам? — настаивал Билли.
— Сказал, что любит вас, всех троих. Хочет, чтобы вы были хорошими детьми и не слишком тосковали о нем. Но конечно, помнили, потому что и он помнит вас.
— А где он? — спросил Билли.
— На небесах, — пояснила Анна.
— Тебе-то откуда знать? Ты ведь там не была.
— Но ведь это так, правда, мама? — сказала Анна.
— Правда.
— А почему он сам не сказал нам? — продолжал Билли.
— Слишком поздно было, сынок, вы уже спали. Он ушел после полуночи.
— А почему мы не могли его увидеть? — настаивал Билли.
— Слишком поздно было, — повторила Грейс. — К тому же вы и так не могли бы подойти к нему.
— Почему?
— Потому что болезнь заразная, — объяснил Альфред. — С заразными больными нельзя видеться, иначе сам заразишься.
— Так, выходит, ты заразилась? — повернулся Билли к матери. — И теперь умрешь?
— Нет, потому что близко я не подходила.
— И даже не поцеловала его? — спросил Билли.
— Нет. Я думала о вас. Если бы поцеловала, то не смогла бы целовать вас долго-долго. Боялась бы, что заболеете.
— А где папа сейчас? — спросил Билли.
— Он… Его готовят к похоронам, — сказала Грейс.
— Я хочу его видеть, — заявил Билли. — Я хочу знать, как он выглядит.
— Ничего не выйдет, потому что сейчас его кладут в гроб, — объяснила Анна.
— Куда кладут?! Я не понимаю, что ты говоришь! — расплакался Билли. — Я хочу видеть папу!
— Иди ко мне, малыш, я попробую тебе все объяснить, — протянула ему руку Грейс.
— Не хочу я, чтобы мне объясняли! Я хочу видеть папу!
— Нельзя, не только тебе, но и никому.
— А как же те, которые кладут его в… эту штуку. Кто это? Кто? Я тебя не понимаю, не понимаю тебя. Я всех вас ненавижу! Тебя, тебя и тебя. — Не переставая кричать, он влепил пощечину сестре, потом брату, а там и матери.
Альфред схватил его за плечи.
— А ну-ка прекрати немедленно! Как ты смеешь бить маму?
