И наконец я вижу его: Леандро стоит у стены, чуть впереди, в какой-то странной бейсболке, явно пытается быть незаметным. Но я его замечаю.
Когда он поднимает глаза, и наши взгляды встречаются, я чувствую, будто меня ударили в солнечное сплетение.
Видеть его по телевизору или на фото в интернете – ничто в сравнении с тем, чтобы лицезреть его во плоти; да еще и быть к нему так близко, но одновременно так далеко.
Разум заполонен образами нашей последней встречи, моментами, когда он был во мне.
– Мам, там Леандро, – Джетт вцепляется в мою руку и идет по направлению к Леандро.
Оглядываясь по сторонам, обнаруживаю, что, к счастью, никто из группы не замечает стоящего вдали пилота, все уходят, отправляясь на экскурсию по боксам.
– Привет, Джетт. – Леандро пожимает моему сыну руку. – Как дела? Развлекаешься?
– Да, все круто. Спасибо за билеты.
– Пожалуйста, – он поднимает глаза на меня, когда я становлюсь рядом с Джеттом. – Индия.
Его голос, то, как он произносит мое имя… воспоминания нахлынули вновь.
– Привет, Леандро, – улыбаюсь я, хотя мне неловко и неуютно. Находясь в непосредственной близости от него, я вся горю.
– Как ты? – спрашивает он.
– Хорошо, – я пожимаю плечом. – Кажется, ты тоже неплохо справляешься, – моих губ снова касается улыбка, и на этот раз искренняя.
– Ну да, наверное, – он снимает кепку и, проведя рукой по волосам, надевает ее обратно. Затем убирает руки в карманы гоночного костюма. – В общем-то, я просто подумал, что нужно бы повидаться с вами. – Он смотрит на Джетта, не на меня. – И еще… я хотел спросить, поужинаете ли вы со мной? – в конце предложения его взгляд устремляется на меня.
Сердце начинает биться в два раза быстрее. Я раскрываю рот, чтобы заговорить, но Джетт успевает быстрее меня.
– Конечно, поужинаем! – отвечает Джетт, сияя.
Я мягко смеюсь, обожая в эту секунду нахальство сына.
Леандро усмехается. Его взгляд проясняется, но в нем все еще таится вопрос.
Он хочет услышать согласие от меня.
– Да, мы бы с радостью поужинали с тобой. Спасибо, – говорю я спокойно, несмотря на то что внутри у меня все переворачивается.
– Я остановился в «Уитлбери Холл», – сообщает Леандро. – Там есть ресторан «Астонс», он довольно приятный. Можем поужинать там, или я могу отвезти вас в другое место.
– Мы тоже остановились в «Уитлбери Холл», так что «Астонс» – идеальный вариант, – отвечаю я.
Нам повезло, что незадолго до Гран-при номер в этом отеле еще можно было забронировать. Кажется, удача на моей стороне, раз Леандро остановился там же. От осознания меня охватывает волнение.
– Прекрасно. Тогда я забронирую столик. На семь тридцать?
– Семь тридцать идеально.
– Забрать вас из номера или…
– Встретимся в ресторане, – я улыбаюсь.
– Ладно. Тогда увидимся с вами обоими вечером, – он смотрит на Джетта, потом на меня. – Мне нужно вернуться в бокс, – большим пальцем руки он указывает себе за плечо. Затем как будто понимает что-то. Он снова переводит глаза на меня и жестом обводит пустое пространство вокруг нас. – Вы потеряли свою группу. Знаете, куда вам идти дальше?
Прикусывая губу, я качаю головой.
– Не беспокойтесь. Я вас провожу.
Он улыбается мне, и я практически таю. Ничего не могу с собой поделать. До ужина еще много часов, а я уже его предвкушаю и, кажется, чувствую легкое возбуждение.
И с нами будет Джетт, так что приставать к Индии я точно не буду, иначе испорчу все к чертям собачьим.
Я знаю, она все еще хочет меня, как бы она ни пыталась сдерживаться. Я вижу это по ее глазам. По естественной реакции ее тела на меня. Но она чертовски стеснительна. Мне нужно показать ей, что наши взаимоотношения – это правильно. И я добьюсь этого мелкими последовательными шагами.
Лифт приезжает на мой этаж, я захожу внутрь и нажимаю кнопку, отправляясь в вестибюль.
Рукой провожу по рубашке. Я нервничаю до ужаса. Потею, как свинья.
Лифт останавливается. Двери разъезжаются. Передо мной стоит Индия.
Тело отзывается единственным способом, которым может, когда рядом стоит красивейшая женщина в мире. На ней черное платье длиной на несколько дюймов выше колена, демонстрирующее ее длинные загорелые ноги, а эти туфли… Весь ее вид как будто так и говорит: «трахни меня». Волосы распущены и рассыпаны по ее плечам именно так, как я себе представляю их расстелившимися по моей подушке. На губах красная помада.
Она выглядит охренительно роскошно.
У меня перехватило дыхание, и к тому же я таращился на нее неприлично долго.
– Леандро… привет, – она сжимает пухлые губки, и мой член тут же дергается в брюках.
– Привет, – говорю я, как настоящий неудачник, пытаясь отвлечься от возникающего стояка.
Но она тоже, кажется, нервничает. До сих пор переминается с ноги на ногу, так и оставаясь стоять перед лифтом.
