В восьмой книге серии «Пардус» Никита узнает о том, что связывает колдунов Сэнтери с загадочным семейством Баалок. И конечно, Легостаев оказывается замешанным в события, когда ужасная кара настигает профессора Штерна, вступает в схватку с чудовищем Гидеоном, решившим полакомиться юными красавицами, и отбывает наказание, наложенное завучем школы Казаковой, которая в гневе страшнее всех монстров профессора Штерна. Но самое главное, юный оборотень вступает в прямой контакт со своим предком Илларионом. Неужели совсем скоро Никита станет лишь оболочкой для духа злого колдуна?
Далеко за пределами Санкт-Эринбурга, в густом лесу, вдали от элитных поселков располагалась территория, огороженная высоким каменным забором из крупных серых валунов. Когда-то крепкая и красивая, ограда ныне покосилась, а местами и вовсе растрескалась. Каменные скульптуры птиц на столбах ограждения покрылись зеленым мхом, некоторые вообще отвалились и частично ушли в землю. Чугунные створки решетчатых ворот были плотно закрыты и обмотаны толстой ржавой цепью, замкнутой на большой висячий замок. Они держались не так крепко, как раньше, и хватило бы одного хорошего удара, чтобы сорвать их с петель, но никому и в голову не пришло бы это сделать, потому что место за старинной оградой считалось проклятым.
Когда-то, много лет назад, здесь располагалось богатое и красивое имение, принадлежавшее семейству со странной фамилией Баалок. Глава семьи был очень состоятельным человеком, жители особняка буквально купались в роскоши. Дом высотой в три этажа стоял посреди большого парка. Садовники ухаживали за деревьями и следили за цветочными клумбами, постоянно подстригали кусты в форме различных животных. По всему парку были разбросаны уютные беседки для отдыха, а перед домом бил фонтан.
В хозяйском доме без устали сновали многочисленные горничные, в гараже постоянно дежурили два водителя, следящих за состоянием нескольких машин. Члены клана Баалок славились своим богатством, но ходили слухи, что деньги их нажиты нечестным трудом, что глава семьи стоит во главе крупного преступного сообщества, считается подпольным хозяином города, а все бандиты Санкт-Эринбурга ему подчиняются. Доказательств этому не было, но многие догадывались об истинном положении вещей.
Преступный бизнес Баалок процветал до тех пор, пока в городе не появилось другое криминальное сообщество, глава которого сразу заявил, что не собирается подчиняться старому главарю. Молодой и дерзкий головорез бросил вызов престарелому конкуренту. После этого в Санкт-Эринбурге разгорелась настоящая война между бандитскими группировками. Погибло множество людей, полиция города уже отчаялась положить конец кровопролитию. Но все внезапно закончилось в одну жуткую ночь, ровно семнадцать лет назад. Никто толком не знал, что случилось на самом деле. В считаные секунды роскошный особняк и красивый парк превратились в дымящиеся развалины, а все обитатели поместья Баалок погибли. С тех пор поместье стояло мертвым и заброшенным.
Под покровом темноты по узкой проселочной дороге, густо заросшей травой и кустарниками, медленно двигался большой черный лимузин. Подобраться вплотную к покосившимся во ротам было невозможно, проезд почти полностью закрыли буйные заросли, поэтому водителю пришлось остановиться, не доехав до ограды несколько метров. Пассажиры были к этому готовы, они приезжали сюда не в первый раз.
Водитель обошел лимузин и услужливо открыл дверцу салона. Первым из машины выбрался высокий, болезненно худой мужчина в строгом черном костюме. Его редкие седые волосы, зачесанные назад, отливали в лунном свете серебром. Старик протянул руку, и из лимузина показалась молодая женщина в черном траурном платье и элегантной шляпке с вуалью, закрывающей верхнюю половину лица. Она держала в руке красную розу на длинном стебле. Старик помог своей спутнице выбраться из машины, и они вместе двинулись к чугунным воротам.
Водитель остался у лимузина. Он привозил их сюда каждый год в эту самую ночь и хорошо знал, что лучше эту парочку не сопровождать. Все семнадцать лет, что он работал на старика, они приезжали сюда ночью в годовщину крушения особняка Баалок. Старик и женщина хранили молчание, оба были одеты в траурные одежды – чтобы выразить свою скорбь, а заодно слиться с ночной темнотой. Никто не знал об этих тайных поездках.
Старик шел впереди, раздвигая ветки кустарников тростью. Его спутница осторожно следовала за ним. Длинные каблуки ее изящных черных туфель то и дело глубоко погружались в сырую землю. У ворот они остановились. Сквозь ржавые прутья решетки заросший пустырь, освещенный мертвенно-голубым сиянием луны, выглядел очень зловеще. Сквозь растительность еще проступали очертания черных развалин, покосившиеся каркасы беседок и гигантские трещины в земле.
Старик и женщина молча смотрели на жуткие обломки. Но перед их глазами вставали совсем другие картины – величественный особняк со светящимися в полумраке окнами, журчащий фонтан, о котором сейчас уже ничто не напоминало, силуэты людей, когда-то обитавших в поместье Баалок, шумные семейные сборища, когда все члены клана собирались за одним столом.
