Замок ящика сопротивлялся недолго. Шансов против натиска раззадорившейся Измайловой у него было маловато. Подняв крышку, Белла с недоумением рассматривала содержимое грязного ящика. И как парни разбираются во всех этих отвертках, тисках, пассатижах и прочем, названий чего она даже не знала? Она бы точно запуталась. И до чего же они грязные! Новые, дорогие, но от пыли и смазки почернели - в руки противно взять. Странно. В автобусе даже после двух дней простоя в порту почти идеальная чистота, а инструменты явно не чистились и не протирались со дня покупки.
Чихая, отплевываясь и повыше натягивая на руку тонкий целлофановый пакет-"майку", чтобы не запачкаться в едко пахнущей смеси пыли и масла, Белла методично выкладывала инструменты. Неожиданно быстро объемистый с виду ящик опустел. Изнутри он оказался совсем мелким. Как коробка, где на бескрайнем просторе сиротливо жались по углам 10-12 трюфелей. Блин... Разве что...
- Кажется, здесь двойное дно!
Томский и человек в штатском, едва не столкнувшись, метнулись к ней.
- Вааааау, - прошептала Белла, когда они открыли вынутую со дна ящика шкатулку.
- Японский городовой... Я идиот. Чуть не посадил на двадцать лет невиновного, - шлепнул себя по лбу Томский, как завороженный, глядя на затейливый золотой обруч с рубинами и черными опалами.
Оперативник у входа в кабину вспрыгнул на подножку, принял краткое распоряжение и отдал приказ по рации.
Увидев, как водителя выводят в наручниках из караулки и усаживают в полицейскую машину, пассажиры автобуса буквально взвыли от негодования и огорчения.
Другая машина, с усиленным эскортом, повезла шкатулку с диадемой через мост. Трое работников стройки сноровисто сменили проколотое колесо.
- А знаете, Михаил Левонович, я с детства мечтала порулить вот таким большим автобусом, - задумчиво сказала Белла, садясь за руль, - и завидовала водителям автобусов дальнего следования...
- Мечты сбываются, - Томский взял микрофон. - Спокойно, уважаемые пассажиры! Все в порядке. Автобус идет по маршруту. Скоро вы будете в Джамете. Водитель арестован, как лицо, подозреваемое в причастности к особо тяжкому преступлению.
- Да, будем в Джамете, если в дороге опять какая-то х... не случится! - задорно выкрикнул толстушка, любительница пирожков, и соседи ответили дружным нервным смехом.
- А я в детстве хотел быть водителем фуры, - Томский сел рядом с Беллой. - Если устанете, скажите. Я вас подменю.
- Не исключено, - Белла изучала навигатор. - Ехать придется кружными путями, основные магистрали безнадежно бордовые, там мы в пробках встанем еще на три дня... Объездные пути все-таки желтые, местами с легкой краснотой, но это не страшно, маневрировать я тоже неплохо умею!
- Я уже заметил.
* ДЖАМЕТЕ
Спохватившись, что время обеда уже подходит к концу, Наташа и Ефим направились в столовую. Последний поток был уже совсем малочисленным, и буфетчицы предвкушали пару часов отдыха перед ужином. Услышав, как две женщины, унося подносы и лотки, с нервным смехом обсуждают "бешеных паромщиков", Наташа догадалась, что в зале опять произошла баталия у стоек с едой. "Пока мы расследуем убийство, а Белла и Витя ищут перевозчика, у кого-то нет важнее проблемы, чем первым проломиться к стойке и схватить лишнюю котлету на второе и лишнюю пару булочек распихать по карманам!".
Наташа взяла себе борщ, картофель-фри, отбивную и компот с штруделем и устроилась за любимым столом у окна.
Ефим еще в очереди шепнул ей, что должен проверить одну догадку и сейчас устроился обедать за другим столом, в компании двоих пожилых весельчаков, которые накануне шутливо заигрывали с Наташей на пляже, а потом переключились на хохотушек с внешностью рубенсовских натурщиц. Перед ними выстроились настоящие бастионы из тяжело груженных тарелок. Разговор шел весьма живо и дружелюбно. Это Коган умел - в короткий срок расположить собеседника к себе и завести доверительную беседу на любые темы.
"Может, напал на след? Счастливый. У меня пока ни одной версии, и я не могу выделить ни одного человека из нашего списка. Все они подходят под словесный портрет "человека в сером" в ночь убийства, все имели возможность незаметно сходить ночью на пляж и вернуться... У всех - подселенные соседи-"паромщики", которым юг в голову ударил. Южная ночь - она и в сентябре южная ночь. Как в классическом детективе: убийство совершил один из присутствующих, но он до поры ничем не выделяется среди собратьев!".
