– Я первый раз тебя встретила сегодня. Я тебя даже не знаю, – соврала я, не моргнув, потому что, конечно, я его знала – отец даже фотку прислать пообещал. Только не помнила.
– Еще узнаешь, – пообещал Чудов. – Скоро я тебе все расскажу, Надя. Осталось недолго. Но пока держись крепче, у нас с тобой выступление перед очень благодарной, но нетерпеливой публикой.
Я так и не поняла сакрального смысла жертвенного жеста Чудова. Зачем он взял меня на руки? Быстрее мы идти не стали. И какого бы супергероя ни строил из себя мой спаситель, пыхтел он очень громко. Одно хорошо: в таком положении мои подкашивающиеся ноги и трясущиеся коленки не сильно бросались в глаза. После его странных признаний идти бы я точно не смогла. То, что между нами произошло, даже флиртом уже не назовешь, и сейчас мне оставалось только играть по предложенным правилам. Раз должна – значит, надо расплачиваться. Посмотрим, что меня ждет…
А ждал меня костюм Снегурочки.
– Пока едем, переоденешься. Смотреть не буду. – Юра кивнул на мешок в моих руках.
Иного выхода у меня не было, и я послушно кивнула. Куда бы мы ни направлялись, это явно лучше подъезда, а именно там мне сегодня и предстояло заночевать. Хоть немного оттяну неизбежное. Тем более, у меня теперь аж две куртки.
Юра покидал вещи в машину, оставил ее прогреваться, а сам побежал куда-то через дорогу, прямо в своем наряде. Я прильнула к окну, наблюдая, куда это он рванул. По пути его остановила женщина с ребенком и попросила сфотографироваться. Безотказный Чудов долго позировал для них, несмотря на то, что мы якобы ужасно опаздывали. После Дедушка Мороз рванул в аптеку, и я вспомнила наш утренний разговор. Мгновенно покраснела, гадая, что же он там покупать собрался. Если подумать, он целоваться-то со мной не спешил в обозримом будущем, так что ничего этакого точно не возьмет. Тогда зачем побежал?
Чудов долго не возвращался. Зная Юру, он там все бабушек вперед себя пропустит, а у него уже телефон разрывается от звонков. Я не выдержала и ответила на вызов.
– Юра, растуды твою туды! – сообщила мне собеседница на другом конце провода.
– А? Чего? Куда? – опешила я. Кажется, это было ругательство, но такое я только от бабушки один раз слышала, и с тех пор так и не поняла, что оно означало.
– Где Юрий Александрович? – грозно вопрошала женщина.
– В аптеку пошел, – отчиталась я, высматривая Юру. Долго я так оборону держать не смогу, мне бы хоть понять, кто его разыскивает.
– Он что, заболел?! – А вот теперь говорящая была в ужасе. – Где же я в такое время найду нового Деда Мороза, да еще и за такую цену?!
Ну вот, все встало на свои места. Юру коллеги по утреннику потеряли, хотя какой же это утренник – за окном уже день в самом разгаре. «У них это скорее ночник», – прыснула я про себя. Кажется, специфический юморок Чудова и мне передался.
– Так вы та самая театральная самодеятельность, о которой он говорил? – Я попыталась сменить тему, чем очень оскорбила женщину.
– Никакая мы не самодеятельность, милочка! Мы уважаемый педагогический коллектив!
– Простите-простите. Но Юра не заболел. Вон я уже его вижу, бежит, мы скоро приедем. Извините нас за опоздание, пожалуйста.
Должна же я была хоть как-то прикрыть своего спасителя после всего. Женщина, кажется, немного смягчилась, а затем с легким подозрением в голосе спросила:
– А вы кто такая?
Я растерялась, поймала свое отражение в зеркале заднего вида и выдала, глядя на свой съехавший набок кокошник:
– Я‐то? Ясное дело кто. Снегурочка!
«Уважаемый педагогический коллектив» отключился, и я вернула телефон на место, пока Юра не пришел. С другой стороны, а чего я так переживаю? Мои сообщения он читал без зазрения совести, и если бы не остановила, он бы и на звонок Кирилла ответил. Жаль, что остановила, с удовольствием бы послушала этот телефонный разговор. Я даже мечтательно зажмурилась, представив, как Чудов мог бы завернуть что-нибудь этакое, поставив моего бывшего в тупик.
– Ты чего не переоделась до сих пор? – строго спросил Юра, выдернув меня из мстительных грез. Я быстро вытащила из мешка шубку Снегурочки и сразу же пошла в словесную атаку:
– А ты зачем в аптеку ходил?
Юра промолчал и посмотрел на телефон.
– На звонки мои отвечала?
Возникло чувство, словно с поличным застали, но не отнекиваться же? Он вообще в карманах моей куртки рылся, и стыдно ему за это не было!
– Из твоей самодеятельности звонили, просили поторопиться, – спокойно сказала я и даже бровью не повела.
Чудов чаще мои личные границы нарушал, и внутренний голосок упрямо подсказывал мне, что еще не раз нарушит.
– Наорали? – участливо поинтересовался Юра.
Что, даже отчитывать не станет?
