В ночь, когда в небе умерла старая луна, но ещё не родилась новая, нужно пойти в дальний лес, где начинаются холмы. Там ты найдёшь три камня, а среди них растёт осина. Нужно стать под ней, лицом на запад и позвать безыменя именем умерших, убитых и заблудящих. Проси его, что хочешь, но в плату он потребует свежей крови. Дай ему стакан, не больше, иначе не упасёшься
"В ночь, когда в небе умерла старая луна, но ещё не родилась новая, нужно пойти в дальний лес, где начинаются холмы. Там ты найдёшь три камня, а среди них растёт осина. Нужно стать под ней, лицом на запад и позвать безыменя именем умерших, убитых и заблудящих. Проси его, что хочешь, но в плату он потребует свежей крови. Дай ему стакан, не больше, иначе не упасёшься".
Дорей по прозвищу Рогожка воровато огляделся и закрыл книгу. Это был первый раз, когда он пробрался в закрытую секцию библиотеки. Мальчишки из его крыла хвалились, что делают это чуть ли не каждый день, но показывать запретные заклинания никто не торопился. "Трепачи", - обычно бурчал Дорей. Сам он никогда раньше не совершал ничего, что могло бы вызвать гнев учителей и наставников, и не придумывал сказок.
Но не сейчас.
Это лишь вопрос времени, когда наставник Риган узнает, кто именно из мальчишек видел его той ночью. И Дорей ни секунды не сомневался, какая участь его ожидает. Понятно, что полагаться на "Поверья и наговоры общежитий школы имени Нигмара Белого" кажется глупым, но если бы это была бесполезная книга, она бы не хранилась в закрытой секции. Искать какие-то действительно мощные заклинания было бесполезно, но вызвать безыменя у третьегодки вполне могло получиться. Дорей много слышал об этих духах ещё когда жил с родителями, да и бывал возле тех трёх камней раньше. Говаривали, что это остатки какого-то языческого храма, и души жертв, принесённых древним богам, до сих пор стенают там по ночам. Найти туда дорогу даже тёмной безлунной ночью не будет проблемой. Главное - дожить до этой самой ночи.
Боясь оказаться застигнутым врасплох, вздрагивая от каждого шороха и скрипа, Дорей проскользнул мимо стражей библиотеки и прячась за живой изгородью двинулся к общежитиям. В небе, среди россыпи звёзд, висел тонкий серпик луны - жить ей оставалось всего две ночи, и мальчишка молил всех известных ему духов и богов, чтобы его жизнь оказалась длиннее. Он вовремя заметил отблеск лампы, чтобы залечь в кустах. Не прошло и минуты, как послышалось лёгкое шуршание гравия: кто-то шёл по дорожке в сторону библиотеки.
- Думаешь, мы его поймаем? - произнёс тихий голос. Дорей похолодел. Фамильяр наставника Ригана, пернатый змей Влан. Он только выглядел, как глупая белая птица с пёстрым хохолком. Влан бы хитёр и силён, как настоящий дракон. Луч чиркнул землю перед кустами. Теперь торопливые шаги удалялись.
- Он будет паниковать. И когда явится в библиотеку, тут мы и... - конец фразы разобрать не удалось, да и не было нужды.
Дорей сжал сквозь рубашку ключ - талисман и оберег, всё, что осталось от старой жизни. Дождавшись, когда сердце успокоится и его удары перестанут заглушать звуки окружающего мира, мальчишка двинулся дальше. Он только что чуть не попался. И как глупо! Конечно, наставник Риган не мог уследить за всеми корпусами одновременно, и поставить магических наблюдателей тоже не мог: на ночь территория школы опечатывалась, чтобы ученики не могли ничего учудить. От самого маленького заклинания сразу же срабатывала сигнализация: сирены и яркие огни заливали всю территорию школы, и бездушной Печати было безразлично, кто ты - ученик или наставник. Ночью колдовать на территории школы нельзя. И точка.
Но вот за одним-единственным зданием библиотеки наставник Риган уследить мог. И если ученик не был старшегодкой, он обязательно должен был явиться за каким-нибудь заклинанием для защиты, ведь боевые заклинания и настоящие слова призыва начинали учить только на шестой год. Хорошо, что он не догадался сделать это сразу.
Дорей вытащил прут из оконной решётки и забрался в подвал. Поставил прут на место. Теперь он в относительной безопасности: наставник Риган в библиотеке, и здесь поймать его не сможет. Разве что если кто-то из ночных воспитателей не донесёт. Наконец, удалось добраться до своей комнаты. Дважды мальчишку чуть не заметили, но каждый раз в самый последний момент каким-то чудом ему удавалось спрятаться.
"Слався, Нигмар Белый, расстели свой плащ над нами,
Да обойдут нас стороной козни лукавых,
И да пребудет благодать".
Утро прошло как обычно, молитва, завтрак, занятия. Дорею казалось, что под веки ему насыпали песка: ночью он так и не смог нормально заснуть. Его бросало то в жар, то в холод, во рту образовался неприятный привкус, а ладони слишком сильно потели. Сначала он хотел сказаться больным, но потом решил, что так наставник Риган быстрее его вычислит. Уроки тянулись невероятно медленно. Сначала Дорей сидел, как на иголках, каждую минуту ожидая, что сейчас кто-нибудь ворвётся в аудиторию, и его под любопытными взглядами остальных учащихся потащат на казнь. Но занятия шли, наставники сменялись, и ничего не происходило.
