За стойкой бара в «Эвересте» сидели трое пожилых мужчин и смотрели по телевизору последнюю бейсбольную передачу сезона. Тэк сидел в углу и протирал стаканы. Когда они вошли, он приветственно помахал Элен полотенцем. Они выбрали кабинку, располагавшуюся в задней комнате. Вскоре к ним приковыляла Клара и показала Элен фингал под глазом.
— Боже! — воскликнула Элен. — Опять? Какой негодяй! Клара, почему ты не бросишь этого парня?
Клара пожала плечами и состроила комичную гримасу.
— Не могу, — сказала она. — Он слишком меня любит.
Они посмеялись, и Клара спросила:
— Как зовут дружка?
— Клара, это Гарри. Гарри, Клара.
Они обменялись улыбками. Клара приняла заказ и заковыляла обратно к бару.
— У нее такой парень, — пояснила Элен. — Время от времени он ставит ей фингал. Но она всегда говорит мне: «Я сама того заслужила, я сама виновата!» Каждый раз, когда я советую ей бросить этого придурка, она отвечает: «А с кем я останусь?» Я думаю, она его любит.
— Конечно, — сказал Гарри. — Они женаты?
— Не думаю. Но это, похоже, ее не беспокоит.
Клара вернулась с выпивкой и корзинкой картофельных чипсов.
— Позовите меня, когда будете уходить. — Она зевнула и вернулась за крайний столик, где лежала вечерняя газета.
Элен обернулась к ней.
— Клара, — позвала она, — что случилось с Сэндстоуном в третьем?
Клара провела пальцем по колонке с результатами скачек.
— Пришел третьим! — крикнула она. — Восемь к одному.
— Сукин сын, — сказала Элен. — Близко, но не совсем.
Гарри рассмеялся.
— Ты часто играешь?
— Случается. Так, по-мелочам. Ставлю пару долларов. Месяц назад я выиграла почти сотню. Я тут же пошла и купила себе парик, но до сих пор еще ни разу его не надевала.
— Хорошо. Мне нравятся твои волосы, как они есть.
Она ухмыльнулась от удовольствия и провела пальцами по своим коротким завиткам. Так они сидели, выпивали, улыбались и им было хорошо.
— Знаешь, — сказала она, рисуя смешные рожицы на запотевшей столешнице. — Я ведь почти ничего о тебе не знаю.
— Да нечего особо и знать.
— Я имею в виду откуда ты и где рос. Что-нибудь в этом роде.
— Ну… Я родился в Джорджии. В маленьком городке Темплтоне. Мои родители приехали в Нью-Йорк, когда мне было четыре года. Жили в Гарлеме. Мой отец был дворником, мать служанкой. У меня есть сестра на два года моложе меня и брат, который младше на четыре. Я живу вместе с ним. Наши родители помогли нам поступить в колледж. Ну… мой брат вылетел оттуда через год. Мы тоже работали, но мы не смогли бы учиться в колледже без помощи родителей.
— Они живы?
— Нет. Мой отец умер пять лет назад. Мать умерла в прошлом году.
— Мои родители тоже умерли. Значит, ты живешь со своим братом? Какая у вас квартира?
— Неплохая. В хорошем квартале. Четвертый этаж без лифта. Пять комнат. Все комнаты конечно небольшие, но у нас с братом отдельные спальни. Фиксированная плата за квартиру, это тоже хорошо. Там жила вся наша семья. Я вырос в этой квартире. Под кухонным окном есть маленькая площадка. Не балкон и не терраса, а просто крыша мансарды, которая ниже этажом. Мама выращивала там герань. Там всегда солнце.
— Чем занимается твой брат?
— Мой брат? Он активист одной общественной организации. Она финансируется из городского бюджета, но у нее есть и государственные и федеральные фонды. Они занимаются тем, что подыскивают летом работу для подростков, ведут вечерние классы и тому подобное. Мой брат преподает историю движения за освобождение негров. Он очень увлечен всем этим. Я все время предлагаю ему вернуться в колледж, чтобы закончить образование и получить степень, но он отнекивается, ссылаясь на то, что слишком занят.
— Похоже, что так и есть.
— О, он занят будь здоров. Два года назад ему разбили голову во время беспорядков. Сейчас его только что выпустили под залог.
— За что?
— Он обругал полицейского во время демонстрации.
— А твоя сестра тоже живет в Нью-Йорке?
— Нет. Она вышла замуж за врача и переехала в Лос-Анджелес. Он открыл свой офис в Уаттсе.
— В Уаттсе? Там больших денег не заработаешь.
— Ты совершенно права. Но они этого хотели. Моя сестра работает вместе с ним медсестрой. Она специально закончила курсы медсестер, чтобы помогать ему.
— У них есть дети?
— Пока нет. Но она пишет, что они собираются.
— Клара! — позвала Элен.
Теперь к выпивке были поданы соленые орешки. Гарри Теннант взял пригоршню и отправил ее в рот. Элен наблюдала за ним, улыбаясь.
— Когда тебя что-то задевает, ты это заедаешь?
— Точно, — кивнул он.
— Ты когда-нибудь был женат, Гарри?
Как будто она коснулась его курчавых волос Диснеевской волшебной палочкой со святящимися искорками на конце! Он воспрял духом, глаза его заблестели, появилась улыбка — грусть как рукой сняло.
— Боже мой, — взволнованно сказал он, наклоняясь через стол. — Нет, я никогда не был женат. Но однажды я был обручен. Айрис Кейн. Ты ее знаешь?
— Это певица?
— Верно. Теперь она знаменита. «Плаза», «Американо», Лас Вегас, клубы для белых. Ее показывали по телевизору. Я слышал, она готовит свое собственное шоу. И снимается в кино.
— Она красавица.
