За стойкой бара в «Эвересте» сидели трое пожилых мужчин и смотрели по телевизору последнюю бейсбольную передачу сезона. Тэк сидел в углу и протирал стаканы. Когда они вошли, он приветственно помахал Элен полотенцем. Они выбрали кабинку, располагавшуюся в задней комнате. Вскоре к ним приковыляла Клара и показала Элен фингал под глазом.
– Боже! – воскликнула Элен. – Опять? Какой негодяй! Клара, почему ты не бросишь этого парня?
Клара пожала плечами и состроила комичную гримасу.
– Не могу, – сказала она. – Он слишком меня любит.
Они посмеялись, и Клара спросила:
– Как зовут дружка?
– Клара, это Гарри. Гарри, Клара.
Они обменялись улыбками. Клара приняла заказ и заковыляла обратно к бару.
– У нее такой парень, – пояснила Элен. – Время от времени он ставит ей фингал. Но она всегда говорит мне: «Я сама того заслужила, я сама виновата!» Каждый раз, когда я советую ей бросить этого придурка, она отвечает: «А с кем я останусь?» Я думаю, она его любит.
– Конечно, – сказал Гарри. – Они женаты?
– Не думаю. Но это, похоже, ее не беспокоит.
Клара вернулась с выпивкой и корзинкой картофельных чипсов.
– Позовите меня, когда будете уходить. – Она зевнула и вернулась за крайний столик, где лежала вечерняя газета.
Элен обернулась к ней.
– Клара, – позвала она, – что случилось с Сэндстоуном в третьем?
Клара провела пальцем по колонке с результатами скачек.
– Пришел третьим! – крикнула она. – Восемь к одному.
– Сукин сын, – сказала Элен. – Близко, но не совсем.
Гарри рассмеялся.
– Ты часто играешь?
– Случается. Так, по-мелочам. Ставлю пару долларов. Месяц назад я выиграла почти сотню. Я тут же пошла и купила себе парик, но до сих пор еще ни разу его не надевала.
– Хорошо. Мне нравятся твои волосы, как они есть.
Она ухмыльнулась от удовольствия и провела пальцами по своим коротким завиткам. Так они сидели, выпивали, улыбались и им было хорошо.
– Знаешь, – сказала она, рисуя смешные рожицы на запотевшей столешнице. – Я ведь почти ничего о тебе не знаю.
– Да нечего особо и знать.
– Я имею в виду откуда ты и где рос. Что-нибудь в этом роде.
– Ну… Я родился в Джорджии. В маленьком городке Темплтоне. Мои родители приехали в Нью-Йорк, когда мне было четыре года. Жили в Гарлеме. Мой отец был дворником, мать служанкой. У меня есть сестра на два года моложе меня и брат, который младше на четыре. Я живу вместе с ним. Наши родители помогли нам поступить в колледж. Ну… мой брат вылетел оттуда через год. Мы тоже работали, но мы не смогли бы учиться в колледже без помощи родителей.
– Они живы?
– Нет. Мой отец умер пять лет назад. Мать умерла в прошлом году.
– Мои родители тоже умерли. Значит, ты живешь со своим братом? Какая у вас квартира?
– Неплохая. В хорошем квартале. Четвертый этаж без лифта. Пять комнат. Все комнаты конечно небольшие, но у нас с братом отдельные спальни. Фиксированная плата за квартиру, это тоже хорошо. Там жила вся наша семья. Я вырос в этой квартире. Под кухонным окном есть маленькая площадка. Не балкон и не терраса, а просто крыша мансарды, которая ниже этажом. Мама выращивала там герань. Там всегда солнце.
– Чем занимается твой брат?
– Мой брат? Он активист одной общественной организации. Она финансируется из городского бюджета, но у нее есть и государственные и федеральные фонды. Они занимаются тем, что подыскивают летом работу для подростков, ведут вечерние классы и тому подобное. Мой брат преподает историю движения за освобождение негров. Он очень увлечен всем этим. Я все время предлагаю ему вернуться в колледж, чтобы закончить образование и получить степень, но он отнекивается, ссылаясь на то, что слишком занят.
– Похоже, что так и есть.
– О, он занят будь здоров. Два года назад ему разбили голову во время беспорядков. Сейчас его только что выпустили под залог.
– За что?
– Он обругал полицейского во время демонстрации.
– А твоя сестра тоже живет в Нью-Йорке?
– Нет. Она вышла замуж за врача и переехала в Лос-Анджелес. Он открыл свой офис в Уаттсе.
– В Уаттсе? Там больших денег не заработаешь.
– Ты совершенно права. Но они этого хотели. Моя сестра работает вместе с ним медсестрой. Она специально закончила курсы медсестер, чтобы помогать ему.
– У них есть дети?
– Пока нет. Но она пишет, что они собираются.
– Клара! – позвала Элен.
Теперь к выпивке были поданы соленые орешки. Гарри Теннант взял пригоршню и отправил ее в рот. Элен наблюдала за ним, улыбаясь.
– Когда тебя что-то задевает, ты это заедаешь?
– Точно, – кивнул он.
– Ты когда-нибудь был женат, Гарри?
Как будто она коснулась его курчавых волос Диснеевской волшебной палочкой со святящимися искорками на конце! Он воспрял духом, глаза его заблестели, появилась улыбка – грусть как рукой сняло.
– Боже мой, – взволнованно сказал он, наклоняясь через стол. – Нет, я никогда не был женат. Но однажды я был обручен. Айрис Кейн. Ты ее знаешь?
– Это певица?
– Верно. Теперь она знаменита. «Плаза», «Американо», Лас Вегас, клубы для белых. Ее показывали по телевизору. Я слышал, она готовит свое собственное шоу. И снимается в кино.
– Она красавица.
