Засунув три пальца глубоко в сжимавшееся влагалище, я вызывала оргазм, обхаживая клитор Трейси языком, и почувствовала приближение собственного оргазма. Лаская устами и языком полные срамные губы, я потянулась к бедрам Трейси, а потом стала поглаживать свой выступ, открывая путь собственному властному извержению, которое произошло вместе с ее оргазмом. Мы обе извивались, освобождались от горячих соков, сливаясь телами воедино, сплетаясь в похоти, в странной, всепожирающей лесбийской любви.
Когда страсти улеглись, я положила голову на ее выпуклости и вдыхала сладкий аромат вспотевшего тела, пока Трейси трепетала подо мной.
— Развяжи меня, и я сделаю с тобой то же самое, — прошептала она, пока я вылизывала спутавшийся на ее лобке кустарник. Развязать ее? «Пока нельзя, — решила я, — подождем еще».
Мне хотелось оставить на ее теле след неверности, какой-нибудь знак, который разбудил бы подозрения Крейга, — но что именно? Мне пришла в голову мысль побрить ее лобок, но нет, нужно нечто более изощренное. К тому же Трейси запросто могла сказать Крейгу, что по побрилась сама. Пока я сосала и покусывала ее влажные срамные губы, меня осенило — укусы любви!
Крепко целуя нежную кожу над ее выпуклостью, я знала, что Крейг заметит следы и начнет задавать неприятные вопросы — устроит допрос с пристрастием. Трейси сама вряд ли могла сделать такие отметины на своем теле, как же она объяснит предательские знаки супружеской неверности? Целуя внутреннюю сторону бедер, живот, пока Трейси подрагивала и извивалась, я, прежде чем развязать ее, оставила на теле еще с десяток или более следов похоти.
— Сью, зачем ты это сделала? — вымолвила Трейси и посмотрела в зеркало на свою покрытую пятнами кожу. — Я не знала, что ты со мной делаешь! Крейг увидит и…
— Не стоит слишком беспокоиться, — я улыбнулась. — Он не поймет, что это за пятна.
— Надеюсь на это. Боже, если бы он узнал, что…
— Почему бы тебе не лечь снова на живот, и я тебе доставлю новое удовольствие? — прервала я ее.
— Разве ты не хочешь, чтобы я тебя целовала? — спросила она, облизывая надутые губы.
— Позднее, — я улыбнулась. — Я с тобой еще не закончила.
Встав на колени, Трейси опустила нагое тело на скамейку для упражнений, ягодицы раздвинулись, обнажая маленькое отверстие над влажными, раскрывшимися срамными губами. Привязав ее руки к раме, я обхватила веревкой колени, закрепив упругое тело так, чтобы можно было удовлетворить любой каприз. «Взять хлыст? — не могла решиться я, по очереди целуя каждую ягодицу и оставляя новые предательские следы, которые докажут ее похотливую супружескую измену — лесбийскую измену. — Конечно, хлыст пойдет в ход — но не сейчас».
Взяв бутылку вина, я кончиками пальцев зачерпнула из влагалища Трейси липких подношений и смазала коричневый ободок вокруг заднего отверстия. Поднеся бутылку к ее маленькому отверстию, я осторожно, но твердо нажала на нее, наблюдая, как нежная ткань раскрывается и анальное отверстие будто засасывает горлышко бутылки глубоко в недра горячего тела.
— Сью, не туда, — закричала Трейси, когда я затолкнула горлышко еще глубже. — Вытащи! Ой! Вытащи это!
— Наслаждайся! — хихикала я, пока горлышко бутылки постепенно раздвигало вход в заднее отверстие. Вскоре Трейси притихла, стала тяжело дышать, когда я втиснула три пальца в сочное, горячее, сужавшееся влагалище.
О, вот это зрелище! Бутылка торчала из ее раздвинутых ягодиц, коричневый ободок расширился, обхватив горлышко из толстого стекла, срамные губы надулись, с них срывались горячие капли подношений — на это действительно стоило посмотреть!
— А теперь подведем твой клитор к оргазму, — засмеялась я, нащупывая твердый бутон и втирая интимные соки в его чувствительный кончик. Трейси застонала, ее тело начало неистово трястись, когда из чрева вырывался оргазм. — Ты кончишь так, как никогда раньше! — развеселилась я, орудуя бутылкой и обостряя ощущения от развращенного секса.
— О, у тебя это хорошо получается! — вымолвила Трейси.
— Стараюсь, — заверила я, но тут раздался звонок в дверь. — Черт! Надо отделаться от них! — прошептала я и встала, оставляя бутылку торчать из ее заднего отверстия.
На пороге стоял Крейг и улыбался.
— Решил проведать тебя, — улыбнулся он и важной поступью вошел в прихожую.
— Черт, я же просила тебя сперва позвонить! — недовольно сказала я и последовала за ним в гостиную. Мое сердце сильно билось.
— Я как раз проходил мимо — ты же не против, а?
— Против. Крейг, я занята!
Мне в голову пришла мысль отвести Крейга в свой вертеп и показать, чем занимается его жена. Неужели я так порочна? Да, я как раз такая! Велев Крейгу подождать в гостиной, побежала наверх, забрала с постели стеганое одеяло и вернулась к Трейси.
— Я приготовила тебе сюрприз, — заявила я, накрывая Трейси одеялом и оставляя неприкрытыми лишь ее ягодицы, торчавшую из них бутылку, зияющее влагалище.
— Что ты делаешь? — с опаской спросила она, пытаясь поднять голову и сбросить одеяло.
— Хочешь, мужчина трахнет тебя сзади? — захихикала я.
— Нет! За кого ты меня принимаешь!
