— О, вы Даша даже и не представляете, что в моей жизни тоже мало что поменялось, кроме одного. Теперь у нас с женой есть ребенок, — эти его слова аж воздух выбили из легких. Я дернулась, словно от удара, но тут же нашла в себе силы и взглянула на парня с "интересом". Мелкий глоток кислорода продрал пересохшую гортань, — жена конечно не в особом восторге от того, что ей теперь приходиться совмещать заботу о младенце и актерскую карьеру, но ведь дети важнее, не правда ли? — господи, меня начало трясти от того безразличия, что скользила в его словах.
Зачем им дети? Ведь сразу понятно, что этот ребенок обременил их? Мне кажется в этот момент во мне что-то надломилось и я если бы не народ, что сидел вокруг нас, я бы кинулась на парня с кулаками.
— Важнее, — охрипшим голосом ответила ему.
— Вот и я Элине об этом же говорю, — он удрученно качнул головой, — даже не знаю, что со всем этим делать.
Парень сложил руки на груди и устремил взгляд в сторону барной стойки. Но я видела, что он смотрел как будто в пространство. Туда, где посторонним нет места.
Десять минут. Мы сидели ровно десять минут… молча. Каждый в этот момент думал о своем и мои мысли, как и мысли парня были далеки от радужных, это было видно по его плотно сжатой челюсти и выпирающим скулам, на которых играли желваки. Я поняла, что парень недоволен тем, что происходит у него дома. Но все же у нас было одно различие. Я в отличие от него была недовольна тем, что происходит в моей жизни.
— Вооот и скажи мнеее ДанИиила, почему из меня сделали козла отпущения? Аааа? — тянет Даша пьяным голосом, цепляясь за мою шею рукой.
— Даша, — не могу ничего толком ответить девушке, смотрю перед собой.
— Я же никому плохого ничего не сделала… — она на миг замолкает, переводит дыхание, а потом делает резкое телодвижение и вот ее лицо напротив моего, — … а может… может, это все потому что я бываю чрезмерно груба?
— Даша, — беру девушку за плечи и чуть встряхиваю.
Её голова безвольно качнулась назад и вперед.
— Даша, если бы я знал, что вас так развезет с нескольких бокалов вина, не позволил бы пить, — девушка концентрирует на мне взгляд, и я будто физически чувствую ту боль, что плескается на дне ее глаз.
Пытаюсь нахрен забыть то, что она рассказала мне в баре.
До сих пор не могу поверить, что Даша и есть
Как? Как эта маленькая, худенькая девочка могла быть матерью
А теперь… Она стоит передо мной и ее бездонные глаза затягивают в свои океаны боли так глубоко, что трудно становится дышать.
Моросящий дождь мелкими бусинками оседал на ее лице, волосах, ресницах. И в свете уличных фонарей она казалось какой-то нереальной. Припухшие губы чуть приоткрыты, и эта её беззащитность пленяла, манила к себе. В голове зашумело и пришлось на миг закрыть глаза, чтобы вынырнуть из-под этой толщи боли.
— Извините, Данил, — дернулась в руках девушка и я понял, что слишком сильно сжал ее хрупкие плечи.
Медленно разжимаю пальцы и отступаю на полшага от нее.
— Вы за что сейчас просите прощения Даш? За королеву Язву? Или за…
— Забудьте, — перебивает меня девушка, — у таких как вы… — она тычет мне в грудь пальчиком, — … да это такие как вы … — я мог бы поклясться, что еще немного и от нее пойдет пар. Смотрю ей в глаза и теперь в них полыхает пламя борьбы. Вот так то лучше. Правда, кому?
— … и вот возьмите, — она скидывает с плеч мой пиджак, — благодарить не буду, так как не чего было мозги мне пудрить. Сами виноваты, что я промокла под дождем… надо было сразу остановить машину, как я и просила, а не выпендриваться и притворяться "хорошим парнем", — опять язвит и у меня немного отлегает от сердца.
А она, конечно молодец, охреневаю с нее от того, как эта девчонка все вывернула в свою сторону. И у меня нет даже аргументов, чтобы ей возразить. Вижу, как возле обочины останавливается такси и оттуда выходит парень лет двадцати пяти. Может ну ее нахер? Посадить эту крошку в такси и пусть сама добирается до дома? А о том, что я узнал, нужно поразмыслить на трезвую голову. Когда мысли не будут разбегаться тараканам в разные стороны.
— Вы водителя вызывали? — спрашивает парень, не доходя до нас несколько метров.
Даша разворачивает на пятках ко мне спиной. И ее от такого резкого поворота немного ведет в сторону.
— Ой! — вскрикивает она растопыривая руки и мне приходится изловчиться, чтобы поймать девушку и при этом не свалиться самому.
