– Я говорил тебе, – сказал он, наклоняясь ближе и говоря мне на ухо. – Я люблю контроль. Хочешь полетать со мной сегодня, Энжи? Это мое условие.
Я повернула голову, чтобы посмотреть в его глаза, и увидела отражение собственной страсти.
– Сегодня? – подразнила я. – Ты хочешь большего?
Я застала его врасплох, и он искренне рассмеялся.
– Детка, мы еще даже не начали.
– Я… о-о-о-о…
– Давай уйдем отсюда.
Я слепо кивнула. Я знала только, что хочу еще. Я хотела этого мужчину, и хотела узнать, куда он меня отведет.
Он аккуратно поправил мои трусики и юбку – его прикосновения вызывали электрические разряды удовольствия в моем теле. Я почувствовала удовлетворение, когда он привел в порядок себя. Мне кажется, идти с эрекцией не особо удобно, и я почувствовала женскую гордость от того, что именно я привела его в такое состояние.
Он взял меня за руку и повел к заднему выходу, время от времени останавливаясь, чтобы поговорить с официантками, танцовщицами и барменами. Совершенно нормально. Совершенно по-деловому. А мне хотелось кричать от отчаяния каждый раз, когда он задерживался хоть на секунду.
Наконец мы прошли через зону для работников, прошли мимо раздевалок, зал для совещаний, несколько кабинетов и кухню по дороге к заднему выходу. Он открыл ее, запуская солнечный свет, который практически ослепил меня. Когда мы выходили, я увидела, что из одного из кабинетов выходил Коул. Без сомнения, он тоже нас видел. И я точно увидела, как он нахмурился.
Я недолго думала о неодобрении Коула. Яркое полуденное солнце отогнало все мои мысли, кроме удовольствия от момента, и когда мы подошли к машине Эвана, я смеялась от радости.
– У тебя кабриолет.
Он выглядел оскорбленным.
– Не просто кабриолет. Это «Тандерберд» 1962 года. Классика.
– Чудесно, – сказала я и действительно так думала. Он был ярко-голубым, с плавными линиями. Главное, что крыша была поднята. Эван открыл для меня дверь, и я улыбнулась этому контрасту его джентльменского поступка с тем, как его пальцы были у меня под трусиками несколько минут назад.
Эван Блэк весь состоял из противоречий, даже больше, чем я думала. Но опять же, я была такой же.
Я скользнула в машину и устроилась на теплом кожаном сиденье. Еще до того, как Эван завел мотор, я ощутила скорость и ветер, развевающий мои волосы.
– В бардачке должен быть шарф, если тебе нужно, – сказал он, словно читая мои мысли.
Он завел машину и собирался выехать с парковки.
– Ни за что, – ответила я, но все же открыла бардачок и посмотрела на его содержимое.
Там лежали несколько цветных шарфов.
– Для твоего гарема? – поддразнила я, борясь с ревностью. Если честно, этот мужчина был роскошным, желанным и одиноким. Только потому что он никогда не приводил женщин к Джену, странно было думать, что он испытывает недостаток в женском внимании. Во всяком случае, та рыженькая чувствовала себя довольно комфортно у него на коленях.
Эта мысль тоже не особенно меня радовала.
– У меня много вещей, – сказал Эван и нажал на газ, – гарема среди них нет.
Я не ответила, но начала наслаждаться поездкой и улыбнулась.
Движение было ужасным, и нам потребовалось почти сорок пять минут, чтобы добраться до Лейк-шор-драйв и квартиры дяди Джена, вернее, уже моей.
Эван управлял машиной такими же нежными, но твердыми движениями, которыми управлял мной. И «Тандерберд» был так же отзывчив. Сейчас одна его рука свободно лежала на руле, а вторая – на моем бедре, где она находилась почти всю дорогу. Она просто лежала там, большой палец слегка поглаживал меня почти бессознательно, но я знала, что это было специально, чтобы свести меня с ума.
Если честно, я больше не волновалась о ветре в моих волосах и солнце на плечах. С каждой милей, каждым футом, каждым метром мы приближались к квартире, и я хотела только выбраться из машины и оказаться в его объятиях. Предвкушение убивало меня, и несмотря на то, что во время поездки он лишь невзначай меня касался, мое тело было на пределе. Ритм двигателя, вибрация от езды и присутствие этого мужчины – все это доводило меня до предела.
Когда до квартиры оставался всего квартал, и я уже видела возвышающееся бетонное здание, Эван повернулся ко мне.
– Может, нам просто остановиться? – спросил он. – Развернуться по Шеридан Роуд и поехать через Висконсин до канадской границы?
Черт, нет. Я хотела прокричать это. Чтобы он даже не думал так меня дразнить. Но я уже потеряла в этой игре столько очков, поэтому просто откинулась, закрыла глаза и безразлично пожала плечами.
– Как хочешь, – сказала я и открыла глаза, чтобы посмотреть на него. – Ты же все контролируешь, правда?
Он поперхнулся, затем нажал на газ, и мы проехали дом. Я сдержала проклятие, не веря, что он разгадал мой блеф. Потом он искоса посмотрел на меня, и нажал на тормоз.
– Эван!
– Забудь о Канаде, – сказал он, выворачивая руль в крутом левом развороте, и ускоряясь по направлению к зданию. Когда он подъехал к стойке парковщика, в его глазах горел огонь. – Я хочу тебя обнаженной.
– Ох…
