Теперь мои лёгкие жгло, но я не чувствовала ничего. Минуту назад я чувствовала животных страх, а сейчас ничего. Ни облегчения, ни счастья, ни боли.
Арина застонала, пытаясь сесть. Вся левая сторона её лица превратилась в один большой синяк от встречи с полом, лоб был разбит, а по щеке стекала струйка крови.
– Извини меня, – по её щекам тихо текли слёзы.
Я молча взяла её за руку. Из школы вышли парни, Артём кричал что-то неслышное для меня Марату, пока тот изо всех сил пытался вырваться их хватки младшего брата.
– Пригони машину, – приказал Марат брату, кидая ему ключи. Артём согласно кивнул и убежал в сторону школьной стоянки.
Марат взял Арину за подбородок, разглядывая то, что Вадим сделал с её лицом. Сам он выглядел нормально, лишь кровь за кулаках подтверждала то, что только что произошло.
– Он бил тебя раньше? – спросил Марат, пытаясь совладать со своими эмоциями.
Арина не ответила, лишь зажмурилась то ли от боли, то ли от стыда.
– Отвечай! – крикнул он, от чего мы с Ариной обе вздрогнули.
Девушка едва заметно кивнула. В одну секунду он замер, а потом выругался всеми словами мира. Больше всего он не любил показывать свои эмоции и именно это он сейчас делал.
– Ты знала об этом? – Марат с надеждой повернул голову ко мне, будто ожидая, что я окажусь лучше, чем он считает.
Когда я не ответила, его взгляд изменился. Больше не осталось надежды, лишь ненависть, которая убивала меня.
Я открыла рот, но Марат меня опередил:
– Не говори ничего, – отрезал парень, отворачиваясь от меня. – Это ты виновата. Посмотри на неё, – он указал на свою сестру, – это из-за тебя.
Эти же слова я слышала от Вадима. Но тогда они не произвели на меня никакого впечатления, я не поверила ему. А Марату я верила. И это было в миллион раз больнее.
– Заткнись, – прошептала Арина, садясь на лавочке, – ей тоже досталось.
– Мне всё равно на неё, – грубо ответил её брат, – ты своё лицо видела? Шрам на лбу придётся зашивать.
Арина нахмурилась и едва сдержала стон боли.
– Я не поеду в больницу.
– Ты пойдёшь в больницу, а потом напишешь заявление на этого ублюдка.
Одного взгляда Марата было достаточно, чтобы Арина передумала. Но она этого не сделала, уверенно покачав головой. Её брат обессиленно опустил руки.
– Ты хочешь, чтобы он сделал это ещё раз? – просто спросил он. – Пусть не с тобой, а с другой девушкой. Ты заставишь её пройти через это?
– Пожалуйста, – прошептала Арина, взмолившись, – не заставляй меня это делать.
На её глазах выступили слёзы.
Марат вздохнул и присел перед сестрой на корточки, вглядываясь в её лицо.
– Он что-то с тобой сделал? – спокойно спросил он, пока гроза в его глазах бушевала. – Кроме этого, – уточнил он, указывая на лицо сестры.
Я затаила дыхание, боясь узнать ответ, стараясь казаться не такой заинтересованной.
Девушка едва заметно покачала головой. А я облегчённо выдохнула.
– Не то, о чём ты спрашиваешь, – пояснила Арина.
Марат сжал кулаки и нахмурился. Он повернулся ко мне и впервые в его взгляде было что-то помимо ненависти, хотя где-то глубоко была и она.
– С тобой всё в порядке?
Я кивнула, глядя перед собой.
Рядом с нами остановилась чёрная машина.
Марат открыл дверь машины и усадил свою сестру туда, кивая мне, чтобы я тоже садилась. Я встала на подгибающихся ногах. Артём с сочувствием глядел на меня, готовый в любой момент подхватить меня, если мои ноги подведут. Он закрыл за мной дверь и сам скользнул в машину.
– Её нельзя отвести домой, – сказал Марат, заводя машину.
– Можно ко мне, – подала я голос с заднего сиденья, – у меня никого нет.
Марат неуверенно кивнул, будто сомневаясь стоит ли это того. Был бы другой вариант, он бы ни за что не согласился.
Арина посмотрела на меня, пока я старательно игнорировала её взгляд.
– Ты не виновата, – едва слышно даже для меня прошептала она.
Я кивнула, отворачиваясь к окну.
Она верила в это, Марат ненавидел меня. А я скорее была на стороне Марата. Я пыталась убедить себя в обратном, но не могла. Я была виновата в этом, не меньше, чем остальные.
Несмотря на просьбы Арины, Марат отвёз её в больницу. Девушка плакала и кричала на своего брата, хотя сама понимала причину его поступка. Марат тоже понимал свою сестру, поэтому никак не отреагировал на слова Арины в больнице о том, что она упала во время физкультуры. Девушка сидящая в приёмной с опаской посмотрела в сторону Марата и Артёма. Она понимала, что если Арина и упала, то ей точно помогли, но всё равно ничего не сказала.
В этом была прелесть и весь ужас современного общества. Люди не интересовались, считая, что это не их дело. Каждый следил за собой, но когда видел что-то ужасное у других, просто отворачивался, предоставляя возможность справляться самим. И не всегда люди могли сами справиться.
– Тебе тоже надо обработать рану, – повернулся ко мне Марат, пока я находилась где-то далеко от сюда.
Я даже не сразу поняла, что он обращался ко мне. Голос его был слишком нежным, а на моём лице вроде не было ран. Я непонимающе подняла руку в щеке и только тогда поняла, что мою скулу жжёт огонь невидимой силы.
