— Неправильная причина. — Движением, которое было слишком быстрым, чтобы я успела его заметить, Эван скрутил парня. Нож, который тот все еще держал в руке, выпал на землю, я почувствовала резкий запах мочи и поняла, что тот обоссался. Я услышала слабые звуки, похожие на плач ребенка. Сначала я думала, что это нападавший, но потом поняла, что они исходят от меня.
Я знала, что Эван сделает все, чтобы защитить меня, как и покойный Джен.
— Убирайся к чертовой матери, — проревел Эван голосом, больше похожим на раскаты грома.
Парень не заставил себя упрашивать и припустил по аллее.
Эван повернулся ко мне. Я не успела сказать и слова протеста, как он схватил меня на руки и понес к своему черному лексусу. Мне казалось, я должна вырываться, но вместо этого плотнее прижалась к нему.
— Не уходит, — прошептала я.
— Никогда, — сказал он и скользнул на сиденье рядом со мной. Я закрыла глаза. Я слышала, как хлопнула дверь, и машина мягко тронулась.
Эван молчал, и я была благодарна за это. Я просто хотела, чтобы он меня обнимал, хотела быть в безопасности его объятий. При этом у меня не было сил открыть глаза и посмотреть на него.
Я устала. Мое тело было обессилено, а мышцы еле двигались. Все происходило слишком быстро. Я ничего не хотела, кроме как чувствовать Эвана рядом. И будь моя воля, я бы вечно наслаждалась его руками.
Вечность слишком быстро закончилась.
Следующее, что я помню, это как двигатель замолчал, и мы припарковались напротив дома Джена. Я осоловело моргнула и увидела, как швейцар Тони заспешил к нам. Он открыл дверь, Эван выскользнул из машины, обошел ее и подал мне руку.
— Я в порядке. — Мое дыхание было прерывистым, и я знала, что голос звучит жалко, но ничего не могла с этим поделать. — Ты привез меня домой.
Его серые глаза были чистыми и полными понимания.
— Я подумал, тебе нужна знакомая обстановка.
Я кивнула, хотя он был не прав, мне не нужно было знакомое. Черт, я сама была знакомой, и что толку? Убежать от себя как можно дальше? Я не уверена, что понимала. Я знала лишь, что долгие годы была потерянной. До сегодняшнего вечера. До тех пор, пока не почувствовала прикосновение Эвана и не поняла, что наконец-то я дома.
Однако я не собиралась ему этого сообщать. Я могла чувствовать себя растерянной, испуганной и сентиментальной, и еще бог знает какой, но понимала, что не стоит вываливать это дерьмо на парня, с которым я хотела остаться. Поэтому я сочла за лучшее молчать, пока он вел меня через сияющее лобби к лифту.
Лифт приехал, и мы вошли внутрь. Я стала копаться в сумочке в поисках карты-ключа от пентхауса, но Эван уже держал ее в руках, и не знаю, почему я удивилась. Он был так же близок с Дженом, как и я. Может, даже ближе. Годами Эван был постоянно рядом, пока я могла навещать его только летом, а потом, когда учебная нагрузка позволила, я переехала в город.
Когда мы зашли в апартаменты, нас встретила только тишина, резко контрастировавшая с шумной суетой гостей, наполнявших эти стены ранее вечером. Даже Петерсона не было. И хотя он был незаменимым помощником Джена, жил он в отдельной квартире на этаж ниже пентхауса, куда имел доступ по частной лестнице.
Другими словами, мы с Эваном были одни. И хотя я легко могла воскресить в памяти живую и восхитительную четкость, с которой чувствовала тело Эвана своим телом в аллее, сейчас я хотела не прикосновения кожи к коже. Я просто хотела, чтобы рядом был мужчина, который скажет, что все будет хорошо.
Словно он мог прочитать мои мысли, он провел меня к кожаному дивану и накинул на меня мягкий плед.
— Сними туфли, — велел он. — А потом я хочу, чтобы ты сказала мне правду.
Я резко посмотрела на него, не уверенная, что готова говорить о том, как потеряла контроль.
— Горячий шоколад, вино или что-нибудь покрепче?
Я улыбнулась, чувствуя, насколько непривычно это выражение лица.
— Какао, пожалуйста, — я прищурилась. — Но только если оно будет вкусным. У меня свои стандарты, черт возьми.
Его улыбка была обычной, но я разглядела искры облегчения в его глазах. Если я могла шутить, то не была так раздавлена, как ему казалось.
— Дорогуша, у меня всегда все хорошо получается.
Я улыбнулась шире, и вдруг искренне рассмеялась.
— Вот что мне нравится слушать. — Он взял меня за руку и пробежал своими пальцами по моим, прежде чем пойти на кухню.
В тот момент, как он вышел из комнаты, воздух в комнате словно придавил меня. Я делала так раньше. Свернулась под одеялом. Горячее какао. Только тогда на кухне был не Эван, а моя мать. А возле меня был отец, крепко державший меня за руку. Я вжималась спиной в диван, но как бы мне ни хотелось, подушки не проглатывали меня.
Детективы и офицеры в форме были вежливыми, их вопросы уважительными, а голоса — мягкими. Но это не мешало стенам давить на меня, а слезам — литься по щекам.
И уж точно это не вернуло мою сестру.
— Энжи.
Голос Эвана был нежным, словно перышко, но он резко вырвал меня из воспоминаний. Я вскинула голову и увидела, что он стоит в дверях, держа в руках дымящуюся кружку.
— Я в порядке.
