Есть ещё вариант с постоялыми дворами. Путешественницы порой не против скрасить дорогу. Не всем по карману или удобно перемещаться с помощью порталов. По реке или почтовой каретой куда дешевле, да и багажа получается перевезти значительно больше. Хватает и тех, кто путешествует по предписанию врача, чтобы разогнать хандру. Такое тут реально прописывают в качестве терапии. Так что эти встречи гарантированно мимолётные и без продолжений.
Вот только в этом случае придётся затратить весь вечер, чтобы развлечь даму весёлой беседой, увлечь, заинтересовать и завоевать. А мне нужно хорошенько отдохнуть перед поединком. Дмитрий связался со мной по карте, когда я ещё был в Москве, сообщил, что уладил все формальности насчёт дуэли и заедет за мной завтра в половине седьмого. Нам ведь помимо того, что продырявить друг дружку, нужно ещё и на занятия успеть…
В Москву я сбегал вполне удачно. Моё предложение относительно повышения точности пневматических ружей заинтересовало владельца мастерской. А скорее всё же небольшого оружейного завода. Тем более что я не просил никакого вознаграждения до той поры, пока моя новинка не пройдёт испытания. Но если я окажусь прав, то мне не только компенсируют траты на проезд в столицу и обратно. В качестве премии я получу два нарезных ствола в калибрах четыре и пять линий##1. Хотел ещё и привычный мне трёхлинейный, но он оказался слишком мелким, и они их не производили. Если только я пожелаю сделать спецзаказ, от чего я отказался.
##1 Л и н и я — 1 линия 1/10 дюйма и равна 2,54 мм. То есть речь о калибрах 7,62 мм, 10,16 мм и 12,7 мм.
Была мысль предложить цилиндросферическую пулю Нейслера, но идея протухла, так и не будучи озвученной. Из разговора с управляющим я узнал, что они изготавливают персональные пулелейки к каждому ружью, и пули в стволе не болтаются. Отчего у них вполне приемлемая точность боя. Но я не сомневался, что нарезные стволы значительно улучшат результат.
Что же до секретности, то идёт она в пень. Пневматика никогда не сравнится с огнестрелом. Если же идея сработает, и получится использовать карты, то особого распространения такое оружие всё равно не получит. Им ведь смогут воспользоваться только одарённые, а они предпочитают руны. Опять же, на прорисовку одной карты требуется от восьми до десяти часов. Слишком уж трудоёмким получается процесс изготовления боеприпасов.
Для чего это тогда нужно мне? Арбалет понадобился по двум причинам. Первая, четвёртый ранг это не та ступень, когда можно полностью положиться на дар. Вторая, увеличение дальности атаки чуть не втрое. Однако достаточно скоро я получу следующий ранг с увеличившимся радиусом действия рун и солидным запасом маны, чему способствует трофейная сфера. Я получу возможность использовать «Ледяные стрелы», которые будут разить куда эффективней и точнее арбалетных. К тому же я смогу использовать от одной до нескольких стрел.
Одним словом, нужды в том, чтобы таскать лишнюю тяжесть, у меня нет. Зато остаётся потребность в дальнобойном оружии. Я хочу иметь возможность достать противника вне радиуса действия моих рунных цепочек или карт рангом выше. И вот тут мне очень даже пригодится винтовка…
— Доброе утро, — поздоровался я, устраиваясь в пролётке.
— Утро добрым не бывает, — зевнул Вальцов.
— Дмитрий Витальевич, право слово, нельзя же так-то, — всполошился лекарь.
— Да с чего бы? Я полночи не спал и сейчас за лишние полчаса сна убить готов.
— Ну, прости, — толкнул я его плечом. — Эм-м-м. Ртищев Никита Григорьевич, — запоздало представился я.
— Заступов Василий Егорович, — в свою очередь отрекомендовался лекарь.
— А ты, я гляжу, прекрасно выспался, — недовольно заметил Дмитрий.
— Спал как младенец, — искренне и совершенно бессовестно признался я.
— Матушке не говорил? — покосился на меня Вальцов.
— Узнает постфактум.
— А если… Не приведи Господь, — перекрестился Дмитрий.
— Да ладно. Нормально всё будет. Кстати, попроси Василия Егоровича использовать на тебя «Восстановление», — не стал я откровенничать насчёт своих талантов.
— Не. Я слышал, после него есть жутко хочется. И хоть немного вздремнуть нужно. Перебьюсь.
Драться на дуэли в пределах городских стен в Орле считается моветоном, поэтому мы направились наружу, хотя и не собирались отдаляться от ворот. Едва отъехав на сотню сажен, свернули на один из просёлков и двинулись вдоль стены. А ещё через полверсты оказались на полянке близ заполненного водой рва.
Дмитрий рассчитал всё тютелька в тютельку. Мы подъехали к месту ровно в семь часов. Одновременно с нами на полянку выехал и экипаж с моим противником. Разве только с противоположной стороны. По правилам приличий мы не могли выезжать через одни городские ворота, и этот момент был оговорён секундантами.
— Господа, предлагаю вам решить дело миром, — произнёс Дмитрий.
Не то чтобы он и впрямь ратовал за то, чтобы мы разошлись. Но дуэльный кодекс требует предоставить дерущимся последнюю возможность примириться.
— Меня не устроят извинения господина Ртищева, — вздёрнув подбородок, пафосно произнёс Даудов.
