Кодряну производил впечатление уже одним своим физическим обликом. Высокий, хорошо сложенный, он воплощал в себе «арийско-романский» тип, который и в Румынии имеет своих представителей, восходя, с одной стороны, к римской колонизации Дакии, но также и к индоевропейским племенам, поселившихся там в самой далекой древности. Его лицо и манера говорить убеждали в том, что перед вами человек, для которого жестокость, бесчестность, неверность и предательство абсолютно невозможны. В первую очередь, на этом основывался его необычайный авторитет. Его последователи чувствовали к его личности куда более сильную привязанность, чем это обычно бывает у политических соратников.
В тот период ситуация в Румынии между правительством короля и «Железной Гвардией» была достаточно напряженной. Буквально чувствовалась атмосфера, позднее вылившаяся в трагедию. В итальянском посольстве мне сказали, что встречаться с Кодряну не стоит; румынские власти немедленно высылали всех иностранцев, вошедших с ним в контакт. Я не прислушался к этому предостережению. Один румын, с которым я поддерживал отношения, поскольку он интересовался традиционалистскими исследованиями, выступил в роли посредника.
Через некоторое время после того, как я выразил желание встретиться, в номере отеля, где я жил, тихо появились два посланника, чтобы отвести меня к своему руководителю, в знаменитую Casa Verde – Зеленый дом. Построенный на окраине Бухареста самими легионерами, он являлся центральным штабом всего движения.
После того, что в Румынии является традиционным ритуалом гостеприимства — гостю предлагают маленькую тарелочку со сладким мармеладом и стакан воды — появился Кодряну и в ту же минуту, с самых первых слов между нами установилось душевное взаимопонимание. Он знал о моей книге «Восстание против современного мира», которая, за два года до того изданная на немецком языке, вызвала значительный резонанс во всей Средней Европе. Мой интерес придать политической борьбе духовную и традиционную основу, как раз в случае с Кодряну облегчал наше особое сближение. Так как я не знаю румынского языка, он объяснялся на французском, формулируя при этом свои мысли в очень точной и продуманной форме.
Мысли и ход этой беседы я очень хорошо запомнил, прежде всего, ту интересную характеристику, которую Кодряну дал фашизму, немецкому национал-социализму и своему собственному движению. Он сказал, что в любом организме существуют три принципа: телесная форма, жизненная сила и дух. Движение национального возрождения не может развиваться, если оно делает ударение на тот или иной принцип. Согласно Кодряну, в фашизме доминировал принцип формы, как формообразующей политической идеи, это означало приоритет государства. Наследие Рима было тут организующей силой. Зато в немецком национал-социализме особое внимание уделяется принципу жизненной силы. Оттуда происходит то положение, которое занимает в нем раса. Миф расы, апелляции к крови и, национально-расовой общности стоят в центре внимания национал-социализма. С другой стороны, для «Железной Гвардии» точкой отсчета является духовный элемент, религиозные и аскетические ценности, которые для Кодряну были тесно связаны между собой.
Он говорил, что в румынском народе есть что-то дряхлое. Глубочайшее обновление, которое исходило бы из души отдельного человека и которое было бы направлено против всего, что подчиняется корысти, низменным интересам, политиканству и коммерческим махинациям – необходимо для оздоровления народа. Потому он видел в «Железной Гвардии» не столько партию, сколько движение на службе этой высокой миссии.
Он не верил в часто предпринимавшиеся попытки консолидации страны, которая управляется демократически, и через существующую монархию. Говоря о религиозном вопросе, Кодряну намекнул на то, что историческая ситуация в такой стране как Румыния в этом смысле благоприятна, так как православное христианство не знает противостояния между универсализмом церкви и национальной идеей. Потому православная церковь могла бы стать солидарным попутчиком и соратником при обновлении государства, и народа в духе национальной революции. Поэтому религиозные, еще больше – мистические и аскетические ценности являлись основой в организации румынской «Железной Гвардии». Характерно название «Легион Архангела Михаила», под которым движение легионеров выступало с самого начала. Не только молитве, но и строгому посту уделялось особое внимание. Под молитвой Кодряну понимал внутреннюю душевную соборность и развитие сил. От руководителей, в первую очередь, но и от каждого отдельного члена «Железной Гвардии» требовался добровольный строгий стиль жизни. На общественных мероприятиях и светских праздниках легионеру нечего было делать. Роскошь и расточительство были ему чужды.
