Железная цепь полностью

Джеймс отдал ей револьвер. Анна прицелилась в окно и нажала на спусковой крючок; все поморщились, ожидая услышать выстрел и звон стекла, но ничего не произошло. Анна с интересом посмотрела на Джеймса и вернула ему оружие.

– Что ж, – пробормотала она. – Это действительно любопытно.

Джеймс взглянул на Люси.

– А может, у тебя тоже получится, – предположил он. – Ведь я не единственный… ну, ты понимаешь.

Но Люси выставила вперед руки, словно желая отгородиться от него, и покачала головой.

– Нет. Я даже не хочу пробовать, Джеймс.

– Ты должна, Люс, – уговаривал ее Мэтью. – А что, если Кристоферу удастся изготовить еще один такой револьвер? Подумай, какой урон мы сможем нанести демонам, если вас будет двое.

– О, ну хорошо, – сердито бросила Люси и выхватила у Джеймса оружие. Когда он начал объяснять сестре, как стрелять, Корделия воспользовалась тем, что они отвлеклись, и отошла в сторону. Кортана сверкала, как огонь, среди пыли и мусора. Корделия наклонилась, чтобы поднять меч, осторожно прикоснулась к эфесу, опасаясь, что снова обожжется.

Но ничего не произошло. Чувствуя, как дрожат руки, она убрала меч в ножны и невольно вспомнила ту минуту, на крыльце дома Уэнтвортов, когда потянулась за Кортаной и тоже обожглась. В тот день она не стала задумываться о странном происшествии, но сейчас живо вспомнила его.

Она взглянула на свою ладонь. На коже, там, где ее коснулись рукоять и поперечина, проступил алый след в виде буквы L. Меч отверг ее.

«Но Кортана – мой меч, он принадлежит мне, – промелькнула в голове отчаянная мысль. – Он выбрал меня. Неужели меч, выкованный кузнецом Велундом, может передумать?»

Поежившись от неприятного чувства, Корделия вернулась к друзьям: они окружили Люси, которая, качая головой, отдавала револьвер Джеймсу.

– Ничего, – сказала Люси. – Видимо, этим даром наделен только один из нас. Так же, как и способностью видеть адское царство. – Она огляделась. – Кстати, если уж речь зашла об аде и его исчадиях, скажу, что от этого места у меня мороз по коже. Идемте отсюда, ведь в следующий раз револьвер может и не выстрелить.

Никто не стал возражать, и Сумеречные охотники поспешно покинули заброшенную фабрику. Когда они шли через двор под моросящим дождем, в ушах у Корделии снова звучали последние слова Филомены. Ей казалось, что она будет слышать их каждый день, до конца жизни.

«Корделия, ты великая героиня. О тебе говорят даже в царстве мертвых. Ты владеешь Кортаной, мечом, способным сразить любого врага. Ты пролила кровь Принца Ада. Ты могла бы меня спасти».

Через несколько месяцев после смерти Джесса Татьяна сообщила Грейс, что у нее есть для нее сюрприз и что дочь должна отправиться с ней в лес Брослин. Татьяна добавила, что Грейс должна завязать глаза, поскольку ей не следует знать, в какое именно место в лесу они идут и кого там увидят.

По непонятной причине в «путешествие» следовало отправляться глухой ночью, и Грейс расстроилась при мысли о том, что на этот раз не увидит Джесса. Ему почти всегда удавалось ускользнуть от Татьяны, которая безутешно рыдала при виде призрака, и он читал Грейс вслух перед сном. Они остановились на середине «Странной истории доктора Джекила и мистера Хайда» Стивенсона. Грейс очень понравилась повесть, она заставляла дрожать от страха, но этот страх не имел ничего общего с ужасами повседневной жизни в Блэкторн-Мэноре.

Идти по лесу с завязанными глазами было странно и неприятно. Грейс, следуя за матерью наугад, натыкалась на корни и кочки, часто теряла равновесие; в конце концов у нее заболели ноги. Татьяна не торопила ее, но и не ждала, если Грейс спотыкалась и падала. Когда они остановились, она не сняла повязку, и девочка стояла рядом в полной тишине, не зная, что думать.

Грейс решила, что мать рассердится, если она заговорит, поэтому молчала и начала считать про себя. Когда она дошла до двухсот, до нее донесся незнакомый голос, хотя она и не слышала приближавшихся шагов.

– Да, – задумчиво произнес голос – мужской голос, приятный, низкий. – Она действительно так красива, как ты говоришь.

Последовала небольшая пауза, потом мать сказала:

– Тогда начинай.

– Малышка, – обратился к девочке неизвестный. Грейс не могла понять, где находится этот мужчина, близко он или далеко. Казалось, его голос звучал со всех сторон одновременно. – Я пришел, чтобы наделить тебя чудесным даром. Даром, о котором попросила меня твоя мать. Это власть над умами мужчин. Способность подчинять их себе, превращать в покорных рабов. Способность управлять их поступками и влиять на мысли. Способность заставлять их чувствовать то, чего хочешь ты.

Внезапно чьи-то руки коснулись ее висков – нет, не человеческие руки, это было подобно прикосновению раскаленной кочерги. Грейс вздрогнула от страха и боли.

– Что…