- Козлом отпущения, - Краузе усмехнулся, но тут же поморщился от боли в разбитых губах. - Мое участие во всех эпизодах можно трактовать, как угодно. Я бы сказал, что это и есть главное доказательство моей невиновности: зачем мне лишний раз светиться, будь я шпионом или пособником?
- Все так, Краузе, - Штраух остановился и не без удовлетворения окинул взглядом инспектора, - но я трактую факты, как угодно мне, а не вам. Что у вас с лицом?
- Детекторы, - Альфред поднял насмешливый взгляд, вернее, попытался это сделать, но синюшные отеки вокруг глаз помешали, и насмешка получилась скрытой, лишь проскользнула в интонациях голоса.
- Перестарались, - Штраух прошел к столу и уселся напротив Альфреда. - Но впредь вам будет наука.
- Впредь? - уцепился Краузе за соломинку. - Я имею шанс доказать свою невиновность?
- Вольно или нет, вы все равно виновны, Краузе, - комиссар сощурил злые глазенки. - Что же касается прямых улик… благодарите своего верного друга Найдера. Если бы не его старания, вас давно бы поставили к стенке.
- Найдер? - Краузе осторожно облизнул губы. - Вот уж не думал, что он мне друг. Фриц нашел шпиона?
- Найди он вражеского агента, то уже сидел бы в моем кресле, - Штарух взял мучительную паузу. - Старший инспектор Найдер сделал всё, на что способен. Закрыть дело у него не вышло, зато он раскрыл заговор молчания в Третьем Литейном. И знаете, что выяснилось, Краузе? Выяснилось, что далеко не все инженеры и рабочие в день проникновения агента на объект временно ослепли или потеряли память. Выяснилось, что, как минимум, трое видели шпиона и разговаривали с ним, а один из троицы даже способен описать его внешность.
- Слава богу! - вырвалось у Краузе.
- А вы напрасно расслабились, - холодно заметил комиссар. - Вам от показаний свидетеля вряд ли станет легче.
- Но почему?! Я уверен, что ваш свидетель видел кого угодно, только не меня! Неужели и его показания не перевешивают ваших беспочвенных умозаключений?
- Вы поаккуратнее с выражениями, Краузе, - все так же спокойно произнес Штраух. - Обвинения в шпионаже с вас, возможно, будут сняты, но останутся другие.
- Да какие другие?! - вскипел Альфред. - Снова?! Снова хотите выбить из меня самооговор?! Не выйдет!
- Успокойтесь! - прикрикнул комиссар. - Довольно истерик! Вы были в дерьме по макушку, теперь по уши, разница невелика. Инженер Шмидт действительно видел в цехе не вас. Мы заставили его напрячь все извилины и подробно вспомнить внешность шпиона, а также содержание разговора. Текст классический, стандартный материал для обвинения в экономическом преступлении. Зато портрет получился очень интересный. Вы упадете со стула, когда его увидите, Краузе. А еще вы поймете, что ваши злоключения действительно далеки от финала.
- Что вы тянете, герр комиссар? - Альфред тяжело вздохнул. - Какой смысл на меня давить? Я и без того раздавлен, как жук под катком. Со слов инженера Шмидта был составлен фоторобот?
- Да, со слов под гипнозом, - Штраух остался глухим к мольбе бывшего подчиненного и не спешил раскрывать карты. - Скажите еще раз, Краузе, вы уверены, что не участвовали в подсудных делах? Вольно или нет, я допускаю и такое. Вы абсолютно в этом уверены?
- В сотый, тысячный раз говорю вам, герр комиссар, нет! Я ни в чем не участвовал!
- А скажите, Краузе, как часто вы бывали в лазарете карантинного сектора?
- Ну… бывал, - Альфред насторожился. - Часто. Особенно в последнее время.
- А в тот день, когда шпион проник в Третий Литейный, вы были в лазарете?
- В тот день? Я не помню точно… кажется… нет. А что? К чему вы клоните, герр комиссар?
- Скажите, Краузе, в лазарете есть приличный комп? - Штраух игнорировал его вопросы.
- У врача, в ординаторской.
- И последний вопрос, Краузе, - комиссар неприятно осклабился. - У вас дома хороший компьютер?
- Средний, - Краузе помотал головой, отчего тут же вернулась утихшая было головная боль. - И что из этого?!
- А то, дружище, что всё это звенья одной цепи, - Штраух почти улегся животом на стол и, дотянувшись, отечески похлопал Альфреда по плечу. - Вспомните, герр Жуан, чем занималась ваша Лаура, когда вы погрузились в сладкую дрему после любовных утех?
- Когда? Зачем мне это вспоминать?
- Всё за тем же! Вспомните, когда в гиперсеть были переданы данные по каравану? - Штраух шумно посопел и продолжил. - Или когда был вскрыт и серьезно испорчен управляющий комп Установки. А дальше попытайтесь вспомнить, встречались ли вы с фройляйн Вильгельм в день взлома сервера научного городка. Соображаете?
- В то время она была еще без сознания! И в день инцидента в Третьем Литейном она была без сознания!
- Без совести она всегда была, а не без сознания. Без совести, как и полагается гениальному актеру или разведчику. А вы без мозгов, с одними только яйцами! Ими вы и думали всё последнее время. Вот, взгляните, герой-любовник, это фоторобот шпиона, составленный со слов Шмидта.
